Как уже было отмечено в
Мировоззренческий “калейдоскоп” выстраивается из вторичных [66] предельных обобщений и отождествлений, получивших название материи, энергии, пространства и времени. Две противостоящие мировоззренческие системы служат людям своеобразной (как правило, ими не осознаваемой) первичной системой координат, из которой человек разворачивает свою меру понимания явлений внутреннего и внешнего мира. Но если “мозаичная” картина мира дает возможность прийти к единой мере понимания в отношении объективных процессов внутреннего и внешнего мира человека, то мировоззрение “калейдоскопа” порождает “плюрализм мнений” по отношению к одним и тем же объективным процессам, на основе которого люди в принципе не способны прийти к единому мнению по любому вопросу. Доминирование в обществе мировоззрения “калейдоскопа” неизбежно порождает в нём алгоритм “разделяй и властвуй”. Люди, заинтересованные в устойчивом существовании такого алгоритма, будут сознательно поддерживать мировоззрение “калейдоскопа”, поскольку оно становится инструментом экспансии их субъективной концепции в объективном процессе концентрации производительных сил.
Однако, после того как навязанная таким образом концепция управления начинает определять жизнь всего общества, порожденный им алгоритм “разделяй и властвуй” не прекращает своего действия, а достигнутые цели концепции оказываются иллюзорными, поскольку тот же самый алгоритм всячески препятствует росту качества управления в системе, созданной на основе мировоззрения “калейдоскопа”.
Осознание обществом мировоззренческих корней алгоритма “разделяй и властвуй” можно уподобить “информационному взрыву” и потому мировоззренческое оружие по силе воздействия на людей принято считать оружием первого приоритета. Отсюда, видимо, и три высоких старца В.Ежова и Р.Ибрагимбекова (символ триединства материи, информации и меры), и появившийся в процессе киносъемок четвертый старец Мотыля образно связаны с взрывоопасным “динамитом”. В фильме эта взрывоопасность подчеркивается картиной дымящихся толовых шашек, которые Сухов поливает водой из чайника. Вода — символ информации. О том, что мировоззренческие корни алгоритма “разделяй и властвуй” имеют очень древнее происхождение, говорит ответ (данный якобы невпопад, поскольку вопрос касался динамита) одного из старцев: “Давно здесь сидим”.
Проверка эффективности “динамита”, произведенная Суховым с помощью выстрела из пистолета, — символическое объявление национальным “элитам” о том, что информационная война с библейской концепцией управления переводится с идеологического на мировоззренческий уровень.
«— А барышням объяви, — Сухов бросил взгляд на гарем, который сидел на песке поодаль от них, — что никакого Абдуллы не будет. Чтоб без паники. Ясно?
— Ясно!
Сухов пошел дальше. Вскочив на ноги, жены Абдуллы поспешили за ним».
За 1300 лет своего существования коранический ислам накопил большой опыт противостояния библейской концепции управления и у него есть сомнения по части быстрого преодоления психического троцкизма в толпо-“элитарном” обществе. Ведь алгоритм “разделяй и властвуй” действует и в исторически сложившемся исламском обществе, иначе откуда бы в нём появились два противоборствующих религиозных учения шиитов и суннитов. Всё это говорит о том, что еще существует “много людей” приверженных мировоззрению “калейдоскопа”. Отсюда в фильме и озабоченность Саида.
«У музея Сухова ждал Саид. Хмурый и сосредоточенный сидел он на коне.
— Ты что? — спросил Сухов.
— У Абдуллы много людей.
— Это точно, — согласился Сухов».
