Дело было в Педженте полностью

Но даже и без такого прямого отказа от марксизма многое из того, что было сделано И.В.Сталиным и его сподвижниками, воспринимается большой долей из числа его современников и потомков, как проявление психической ненормальности.

Вполне вероятно по этой же причине раскрытие иносказания фильма “Белое солнце пустыни” будет оцениваться “абдулловцами” как плод больного воображения закоренелых сталинистов. Но общество, где господствует мироедская — явно ненормальная для человека — психика, подавляющая жизнь всех людей и жизнь планеты, просто не в праве настаивать на психической ненормальности тех, кто непреклонно стремился и стремится к тому, чтобы очистить Землю от мироедства.

И.В.Сталин сеял слова в марксистской фразеологии, но смысл их был антимарксистским. И посеянное тогда И.В.Сталиным слово, было пробуждено к новому циклу жизни ни чем иным, как очередной попыткой втащить Россию силой и ложью в “новый мировой порядок” осуществления рабовладения по западному образцу.

В “Белом солнце пустыни” почти ни одного слова не сказано просто так ради логического завершения событий первого смыслового ряда. Первому смысловому ряду как правило соответствует информация второго смыслового ряда, дополняющая целостность последнего до необходимой полноты передачи информации с уровня коллективного бессознательного. Описать всё, что передано в фильме вторым смысловым рядом, во-первых, невозможно, а во-вторых, и не нужно, поскольку зрители сами и каждый по-своему в процессе просмотра фильма достраивают недостающие им для полного понимания информационные выкладки, дополняя тем самым уже описанное здесь. И процесс этот идёт уже более тридцати лет, захватывая всё новые и новые поколения; но идёт он на уровне подсознания, вызывая иногда недоумение, а иногда и ерничение в среде либеральной интеллигенции.

Давая расшифровку символики второго смыслового ряда “Белого солнца пустыни” в определённой лексике, мы осознанно придаем и определенную направленность процессу информационного противостояния Русской и Библейской цивилизаций, которую можно выразить заключительными словами еврейского анекдота:

— Драку заказывали?

— Нет!

— Оплачено!

Абдулла с со своими людьми входит в город. Заспанный Петруха занят “отправлением естественных надобностей”. При виде всадников он испуганно вскакивает, подтягивает штаны, лихорадочно дёргает затвор винтовки, жмет на курок раз, другой — осечка.

Таким большинству в нашей стране и виделся карикатурный промарксистский путч в августе 1991 года: спали, спали бездумные охранители марксизма и вдруг, словно проснувшись, бессмысленно задергались, в результате чего на уровне третьего приоритета обобщенных средств управления (оружия) «свободные женщины Востока» снова оказались под контролем библейской концепции. Другими словами, бывшие обкомовские, горкомовские и прочие “секретари” на идеологическом уровне решили вдруг вернуться в прошлое и поменять свой материалистический атеизм на атеизм идеалистический. Но они неспособны понять того, что народ в целом, преодолевший в своём мировоззрении идеалистический и материалистический атеизм, невозможно вернуть в прошлое, поскольку народ всегда устремлён в будущее.

Относительно осечки оружия Петрухи полезно вспомнить похожий эпизод в начале фильма, когда его винтовкой пытался воспользоваться Сухов, чтобы остановить движение Рахимова. Еще раз напомним, что в фильме стрелковое оружие одиночного боя (пистолет, винтовка) — символ информационного оружия третьего приоритета — идеологического. Поэтому ни разу за весь фильм Петруха так и не смог воспользоваться своей винтовкой по назначению. Более того, как только сталинизм оставил марксизм один на один со «свободными женщинами Востока», идеология марксизма сразу же оказалась под контролем библейской концепции управления. В фильме это иносказательно отражено эпизодом “разборки” людей Абдуллы, скрывавшихся в Педженте, с Петрухой после ухода Сухова. Потом штыком этой же винтовки будет уничтожен Абдуллой и сам Петруха. Так образно показано, что идеология марксизма и её лексика при определенных обстоятельствах может быть использована в интересах библейской концепции управления. Отсюда — проблема размежевания большевизма с троцкизмом, левачеством, меньшевизмом и кулачеством [92] — проблема лексического размежевания с марксизмом.

Как только Сталин предпринял такую попытку в работе “Экономические проблемы социализма”, реакция со стороны тех, кто не собирался делиться полнотой власти в России, была незамедлительной: Сталина через полгода не стало. Поэтому в фильме у Сухова и Петрухи — у каждого свое оружие одиночного боя: у Сухова — пистолет, у Петрухи — винтовка.

Ворвавшись без какого-либо сопротивления в Педжент, Абдулла стремительно входит в “Общежитие первых освобожденных женщин Востока”. Жены Абдуллы, сбившись словно бараны в кучу, жмутся в углу музейного помещения.