Так что Кира решила до поры до времени слушаться во всем властную бабу, чтобы не заиметь лишних проблем. Валерия велела ей прислуживать за столом, другими словами, следить за тем, чтобы у хозяев всегда были наполнены бокалы, а грязные тарелки немедленно убирать и тащить на кухню.
За обедом у Киры было достаточно времени, чтобы хорошо рассмотреть всю семью Чижиковых. Они представляли из себя довольно странную группу. Совсем невысокого роста родители, явно обожающие свое чадо, и их придурковатого вида дылда-сынок.
Костя, как поняла Кира из оброненных за столом реплик, состоял в городской молодежной сборной по футболу. И все его мысли были посвящены этому занятию. Несмотря на то что сейчас была осень и начались уроки, парень в своем училище отсидел всего одну лекцию, а потом целых три с половиной часа гонял мяч на стадионе.
– Будущая звезда российского футбола! – говорил о нем с нежностью и неприкрытой гордостью в голосе отец.
Грубоватый с женой и хамски ведущий себя с прислугой, Чижиков-старший к своему сыну относился так нежно, что вызывал недоумение и улыбку. Тем более что сам Костя был совсем не приятным молодым человеком. Большой, неуклюжий и глупый парень.
Ел Костя неопрятно и очень жадно. Глотал слова вместе с громадными кусками белого хлеба, которым заедал всю пищу, начиная от супа и заканчивая десертом. Крошек вокруг себя он насыпал столько, что хватило бы на прокорм целого курятника. Облился супом, обругав за собственную неаккуратность Киру. Заляпался кремом из торта, устроил на столе форменное болото из размокшего в сладком чае бисквита.
Тем не менее родители смотрели на сына с любовью, ни разу его не перебили и не пожурили за неаккуратность.
У Киры, которая постоянно находилась возле стола, даже сложилось ощущение, что Костя отстает в интеллектуальном и умственном развитии, попросту говоря, он дурак. Говорил парень короткими примитивными фразами, больше подходящими для младшего школьника. И вообще, вел себя как маленький ребенок, что при его огромном росте было бы даже смешно, если бы не было так грустно.
Но старшие Чижиковы словно бы не замечали недостатков своего сына. Глава семьи – прапорщик в отставке, никак не мог расстаться со своими армейскими замашками. Женой и прислугой он командовал, но сына обожал, смотрел ему в рот и не скрывал своей надежды, что Костя в скором времени прославит всю их семью.
– Дом у нас есть, денег – куры не клюют. Теперь еще сын в чемпионы выбьется, заживем, мать! Все наши прежние знакомые по Полоцку от зависти удавятся!
– Не говори гоп, Витюша. Дом еще пока что не наш.
– Будет наш! – решительно рубанул Чижиков по столу кулаком. – Я так сказал! И Костя чемпионом станет. Станет, я сказал!
И он снова стукнул кулаком по столешнице, да еще сильней прежнего. Кира от неожиданности даже подпрыгнула, но все прочие даже глазом не моргнули. Они явно привыкли к командирским раскатам баса старшего Чижикова.
А Леся, суетящаяся на кухне, думала про себя о другом. Она не могла наблюдать семью Чижиковых воочию, но слышала достаточно. Виолетта незадолго перед своей смертью жаловалась, что ей с угрозами и требованиями не лезть к господину Терентьеву звонил низкий хамоватый мужской голос и высокий, пронзительный женский.
Ясно, что это были старшие Чижиковы – сестра господина Терентьева и ее муж отстаивали свое право на дом и деньги владельца кирпичного завода. Но кто звонил Виолетте в самый последний раз? Кто грозил ей смертью сына? Фраза с угрозами была слишком сложной, чтобы ее мог произнести глупый Костя.
– Разве что родители написали парню на бумажке и заставили прочесть. Но как там было на самом деле? Кто мне скажет?
И все же из всех троих наиболее вероятной кандидатурой для проникновения в тайны семьи Чижиковых подруги выбрали Костю. Не сговариваясь, они решили, что именно вследствие своей туповатости он подойдет им идеально. Парень хоть и дурак, но его можно разговорить без опасения, что он смекнет, к чему все эти расспросы, и донесет своим родителям. А значит, на него и надо делать ставку.
За старшими же Чижиковыми пока что можно только наблюдать. Никаких решительных шагов в их сторону делать не стоит. Рано.
После того как обед был закончен, старший Чижиков отправился в свой гамак на террасе, чтобы выкурить там свою послеобеденную сигарету. Табак был строго запрещен всюду на территории дома. Исключение Елена Николаевна делала для своего мужа. Ему разрешалось три раза в день выкурить на террасе, а точней, в расположенном на ней зимнем саду, по одной сигарете.
Почему из всех мест в доме женщина в качестве курительной комнаты выбрала именно зимний сад, для подруг осталось загадкой. Возможно, она полагала, что растения впитают в себя вредные выхлопы и выделят чистый кислород?
Уходя, Чижиков не забыл нахамить Валерии, которая попалась ему на глаза, да и Изольде досталось.
– Картофель был отвратителен! Ты же знаешь, я не выношу ничего жареного в жиру! Я люблю отварную картошечку, посыпанную свежей зеленью. Если за столько времени ты не успела выучить мои вкусы, то ты плохая повариха!
