Я подошла ближе, протянула руку к Мэри и решительно произнесла:
— Мы заберем вас в гостиницу «Приют моряка». Там тепло, и мы сможем вызвать вам доктора. Ваши дети будут в безопасности и под присмотром.
Выражение лица женщины было сложно передать словами. Удивление сменялось страхом, озарялось надеждой и затухало от неверия. Эдвин, Джейсон и Оливия обрадовались моему предложению, их лица засияли улыбками.
— А что я вам за это должна? — тихо спросила она еле слышно.
— Ничего, — уверенно ответила я. — Мальчики, соберите необходимые вещи. Мы должны поторопиться. Уже ночь на дворе.
Игги стала собирать вещи, помогая детям. Впрочем, вещей набралось на небольшой узелок. Последним Мэри попросила Эдвина достать шкатулку с женскими вещицами. Пока шли сборы, мы с Лили вышли на улицу. Какое-то время просто молчали. Впечатление от знакомства оказалось гнетущим. Честно говоря, о подобном ярме на шею я не мечтала, но другого выхода не видела. По внешнему виду Мэри было ясно, что она тяжело больна.
Чуда не произойдет, если никто не протянет ей руку помощи. И дети останутся сиротами. От этой мысли у меня сердце болезненно сжалось. Они не заслуживают такой судьбы!
— Где вы их поселите? — тихо спросила Лили. — В гостинице нет свободных мест.
— Задействуем мансардный этаж. Магда рассказывала, что там лежит всякий хлам. Я хотела там разместить моряков.
— Теперь вы проиграете спор капитану?
— Мэри и дети важнее.
— Важнее, — согласилась Лили и бросилась навстречу Мэри. Игги и Эдвин помогали ей дойти до экипажа.
Магиня отодвинула Эдвина и обернула Мэри в воздушный кокон, облегчая её тяжелое тело. Игги ускорила шаг и быстро довела женщину к экипажу.
Мы ещё подождали пару минут, пока Эдвин сбегал к соседу и рассказал ему, куда и зачем они идут на ночь глядя.
Оставить всё, как есть, и вызвать доктора сюда — об этом варианте я и не подумала, когда сказала, что они переезжают. Само место оставляло очень гнетущее впечатление.
Обратная дорога прошла в молчании, перемежающимся приступами кашля Мэри. Все очень устали и хотели спать.
Жара у Мэри не было. Скорее, она была холодна, как лёд, и нервно куталась в красивую тёплую шаль. Это была единственная приличная вещь во всем её гардеробе.
Когда мы прибыли, госпожа Магда встретила нас у входа. Она была поражена, увидев нас с новыми гостями, но лишних вопросов задавать не стала.
Оказалось, что на первом этаже под лестницей есть вход в комнаты прислуги. Когда гостиница процветала, тут жили постоянные работники. Таких комнат было три. Они были небольшими, но там были кровати, столы, стулья и шкафы. В них можно было сделать влажную уборку и нормально жить.
Я даже вздохнула с облегчением. Мне не пришлось среди ночи заниматься уборкой.
Игги я попросила накормить Мэри мясным бульоном и рыбой, отложенной для женщины.
Детей я поселила в соседней комнате, напоила чаем с хлебом и наказала ложиться. Мне не хотелось, чтобы они заразились от матери. И женщине требовался покой. По большому счету детей следовало выкупать, но переодеть их было не во что. Запасная одежда оказалась такой же несвежей, что и на них.
— Госпожа Магда, как вызвать доктора? — спросила я, когда все успокоились.
— Я завтра с утра схожу к господину Симонсону. Но он бесплатно смотреть не станет.
— Скажи, что благородная приезжая леди Гор, твоя постоялица, зовёт доктора. Не говори, что осмотреть нужно бедную женщину. Ничего более ему не поясняй.
Магда с пониманием кивнула. Мы прошли на кухню. Холодец медленно варился на плите. Я сняла крышку и стала тщательно собирать жир в миску. Дома я даже бумажными салфетками вымакивала весь жир, чтобы в тарелке с холодцом не было ни одной жиринки.
В последнюю очередь я добавила толченый чеснок, дождалась пока бульон закипит и пояснила Магде, что нужно дальше делать. Холодцом мы вдвоём с Лили занимались ещё полчаса. А Магду с Игги я поставила чистить заморские клубни. На завтрак я запланировала стушить картофель с морковкой и луком в юшке.
Совершенно вымотанные, мы с моими дамами поднялись в нашу комнату. По очереди умывшись и переодевшись в ночные сорочки, Лили и Игги быстро уснули, устав от долгого и насыщенного дня. Однако я, несмотря на усталость, не могла сразу же заснуть. Лежа в темноте, я размышляла о всех тех проблемах и несправедливостях, которые постигли женщин Марвеллена. Это не давало мне уснуть, заставляя ворочаться с боку на бок почти до рассвета.
Ночь в гостинице прошла тревожно. Мэри беспокойно металась на постели, прерывисто дыша и кашляя в тишине. Игги, на редкость усердная, сидела с женщиной до глубокой ночи, смачивая её лоб влажной тряпочкой и уговаривая выпить горячего бульона. Дети, измотанные переживаниями и событиями дня, спали, как убитые, свернувшись калачиками под тёплыми одеялами. Их тихое сопение из соседней комнаты успокаивало больную мать.
Я спустилась на кухню ранним утром, когда первые лучи солнца лишь робко пробивались через морозный воздух. Магда уже успела разжечь плиту и подбросить дров в камин. Её лицо озарила тёплая улыбка, стоило ей заметить меня.
