– Хэллоуин-пати у Стежняк. Заеду домой, накину свой до жути банальный вампирский костюм, и – айда текилу глушить. Жаль, Паши сегодня не будет, они с родителями в Эмиратах…
– Стежняк – это та, что тебя отшила в Одессе? – уточнил он.
Я поджал губы и кивнул: нет, ну когда уже он забудет про это? У самого-то тоже обломалось, между прочим!
– Так что, компания нужна? – Илюхины глаза как-то игриво блеснули.
Я недоуменно посмотрел: как так? Не похоже на него…
– Спокойно, просто у меня деньги завелись, – объяснил он. – Написал диплом одному дядьке на второе высшее. Вот и думаю, почему не развеяться?
– А костюм? – возразил я.
Почему-то не очень хотелось тащить Илью к Стежняк – интуиция что-то предсказывала. Возможно, послушай я интуицию…
– Да я и так страшный, – подмигнул он. – Поехали к тебе, что-нибудь подберем.
Перед тем, как уехать выращивать оливки в Каталонию, родители купили мне маленькую квартирку на Дорогожичах, в тихом доме на улице Телиги. А Стежняк снимала квартиру на Подоле (она сама откуда-то из Центральной Украины). Не самый удобный маршрут, но добираться к ней я всегда был рад, а тем более – с Ильей, а тем более, он расщедрился и заплатил за такси.
С моим отсутствием фантазии ничего страшнее вампирского прикида я не родил. А Илье я по дороге домой предлагал быть Пещерным Человеком («просто разденься»), Голубым Бэтменом («накрась губы и надень плащ и маску») и Уродливым Мужиком («да будь самим собой»). Последнее предложение он отклонил, сказав, что одного меня в этой ипостаси достаточно.
В итоге мы купили в переходе светящиеся рожки, примотали к Илюхиной спине черную проволоку (это должно напоминать хвост), я одолжил ему старый бордовый пиджак, обнаруженный в глубине шкафа, джинсы он оставил свои, и в таком виде мы выдвинулись к Стежняк.
Как всегда, пришли едва ли не самыми первыми – не люблю опаздывать. Стежняк была рада видеть меня, не менее обрадовалась и приходу Виноградова.
– Прикольный костюм Бомжа у твоего друга, – оценила она, когда мы на минутку остались вдвоем у тарелки с сыром (заботливый и добрый Илья пошел на кухню резать овощи).
– Стежняк, он Черт, вообще-то, – давясь смехом, пробормотал я. – И не вздумай это ляпнуть при нем, Илюха достаточно чувствителен к таким шуткам.
– Спокойно, не буду… А где Паша? Чего он не приехал?
Я жестом показал самолетик.
– Далеко?
– Эмираты.
– Вот же мажорье! – возмутилась она. – Ладно, не беда, и без него погуляем.
…– Я тогда сказал Леше, что руку отдал бы, чтоб жить на Прорезной. И тут нам навстречу через пятнадцать метров – мужик без руки! Прямо на нас идет! И Лешка мне такой, мол, смотри, вот мужик там живет уже, видимо…
Если бы все эти вампиры, оборотни, монстры и ведьмы не были так пьяны, видимо, не оценили б моего тончайшего юмора. Но текила делает свое дело, и моя история у некоторых даже вызвала улыбку (такое бывает).
– Покурим? – предложил я Илье.
– Я отлить и догоню, – хлопнул меня по плечу и, пошатываясь, побрел в сторону уборной.
Я направился на балкон, но посозерцать в одиночестве Флоровский монастырь не удалось: Стежняк поставила ногу в дверь балкона, мешая мне закрыть ее за собой, и вышла следом.
– У Ильи девушка есть? – осведомилась она, опираясь на балконные перила рядом со мной. – Или как?
– Или как, – вопрос меня, признаться, озадачил. – А к чему ты спрашиваешь? Он же не в твоем вкусе, насколько я понимаю твой вкус.
Стежняк любила парней постарше и, скажем так, с более средиземноморской внешностью. Илюха же типичный голубоглазый славянский мальчик.
Она самоотверженно замахала руками:
– Да нет, нет, нет! Ты че? Подруга интересуется.
– Что за подруга? – уточнил я. – Понимаешь, я ж не могу отдать друга на поругание неизвестно кому, потом мне в аду за это черти вилы в жопу воткнут.
– Тьфу на тебя. Это Инна спрашивает. Ты уже запомнил Инну?
Я уверенно кивнул. Да, это девочку я запомнил. Ну, не мой вкус, вообще[5]: высокая шатенка, длинные ноги, длинные волосы до пояса, большие глаза такого же цвета, как у Виноградова, в костюме ведьмы… Как я обычно говорю, «тощая больно», на что Лешка с Ильей хором отвечают, что я «санитар леса».
– Да, Илюхе она понравится. Можешь знакомить! – одобрил я.
– Да она уже его обрабатывает, я просто убедиться, что не впустую, – словно извиняясь, объяснила Стежняк. – Курить будешь?
– Вообще-то собирался, – заметил я. – Не хочешь?
Я предложил скорее из вежливости: до чертиков хотелось побыть одному.
– Нет-нет-нет, все, кури!
Стежняк скрылась, оставив нас наедине с сигареткой, с сырой октябрьской ночью и тускло светящимися огнями монастыря. Чего ж она мне никакую подругу не присмотрела до сих пор, думалось мне. И вовремя же я подумал…
Инна и Илья быстро нашли какие-то общие темы для беседы на кухне. Она тоже оказалась любительницей всяких комсомольских дел, как и он. Училась, правда, в КИМО, что не намного хуже нашего, но все-таки – не тот уровень, нет… Илья, похоже, тоже увлекся девушкой – хотя, возможно, был просто дико пьян.
Но не эта история сейчас важна.
