Дело Логинова полностью

Я отыскал на столике возле зеркала некоторые элементы одежды и аккуратно пошел на кухню. Первое, что увидел, кран с водой – я взял стоявший в раковине немытый стакан из-под чего-то алкогольного, наспех его сполоснул, наполнил водой и быстро выглушил.

– Тебе чаю, может, сделать? – раздался мужской голос за спиной.

…В списке действующих лиц трагифарса моей жизни я уже представлял вам Смагина – в качестве своего тестя. Но в то утро он для меня был все еще преподом моей выпускающей кафедры, который читал у меня на втором курсе политическую историю, до жути невнятный предмет без практической и даже теоретической ценности, которого никто не понимал. Тем не менее, политическая история входила в программу на всех трех факультетах, в результате чего Смагин загребал чемоданы валюты за проставленные зачеты и экзамены. Это был, впрочем, не единственный и не основной источник доходов – профессор владел небольшой транспортной компанией, сетью СТО и ресторанчиком на Обуховской трассе.

Почему-то его считали профессионалом, и репутация ученого у Смагина была хорошая. В его работах В работах, подписанных его фамилией, не к чему было придраться. Каким-то магическим образом этот доктор наук государственного управления – согласитесь, редкая степень? – умел вызывать к себе глубокое доверие, чем и пользовался без малейших угрызений совести. Ну и в придачу этот баловень судьбы был удивительно хорош собой. Годы шли ему на пользу (хотя какие там у него годы?). Его смоляные черные волосы с легкой проседью хорошо оттенялись темно-синими, сапфировыми глазами. А сказать, что профессор всегда был в идеально отглаженном деловом костюме с галстуками от трехсот евро – это ничего не сказать.

Поговаривали, что некоторые наши наивные студенточки специально недобирали баллов до зачета, чтобы прыгнуть к нему в постель. И правда, завидный мужик: вдовец (об этом я узнал чуть позже), красивый, умный, при деньгах и при статусе. Я в эти россказни не верил – пока впоследствии не познакомился со Смагиным ближе. Даже ближе, чем хотелось бы…

Итак, дивным весенним утром (относительное утро – это случилось около полудня) я стоял в одних трусах на кухне огромной квартиры (где-то в районе Оперного театра), принадлежащей преподавателю моей кафедры, с чьей дочкой я только что провел ночь. Сам препод, не отличавшийся, собственно, демократичностью и толерантностью, спокойно сидел за кухонным столом с большой стеклянной чайной кружкой в руке, в белых льняных штанах и черной футболке, и смотрел на меня с легкой ухмылкой.

Золотая медаль утренних бед нашла своего владельца – им стал профессор Смагин!

Чтобы представить весь мой ужас, понять, как тряслись колени, представьте себе, что вы наставили рога стоматологу, который сейчас полезет к вам в рот удалять зуб мудрости. Представили? Вот так было.

– Доброе утро, – молвил я.

А как тут еще начнешь разговор? Не молчать же.

– Хорошее у тебя, Коленька, утро – первый час! – парировал Смагин, не переставая улыбаться. – Ты б сходил одеться, что ли. Так что, сделать все-таки чаю?

– Не откажусь, спасибо, – почему-то брякнул я («Ой дурак!» – крикнул внутренний Логинов где-то в моей пустой черепной коробке) и быстрыми шагами, задним ходом отступил в спальню (в его спальню, Смагина!)

Таня еще спала (хоть это хорошо!), обхватив руками подушку и уткнувшись в нее лицом. Я быстро-быстро натянул рубашку, джинсы и… присел на край кровати.

Так, что теперь будет? Что ему сказать? Здравствуйте… как там его зовут?… Да, я был в гостях у Тани… «Я не знал, что вы вернетесь так рано»… Ага, а знал бы – так свалил бы? Не катит. Нет – «я не знал, что так получится». Тогда получается, я его дочь случайно трахнул, только из-за пьянки? Оскорбится. Но он какой-то уж слишком спокойный. Может, он меня сейчас… того? Надо сказать, что есть люди, которые знают, что я здесь! Боже, Логинов, что ты за остолоп! Не будет Смагин убивать тебя в своей квартире. А диплом? Все, выгонят перед защитой бакалаврского диплома. А за что меня выгнать? Не за что. Разве что на защите завалит, он же в ГЭКе у нас. Или его убрали? Была же ротация… О чем ты вообще думаешь, какой диплом? Просто выйди, скажи, что тебе жаль, что так произошло, что вообще даже ничего не помнишь… Отлично, за такое он точно в морду даст. Кулаки-то у него дай Боже! Просто выйди и жди, что он скажет!

Так я и сделал. Я нарочито неспешно вышел из спальни и прошел на кухню. Мой чай поджидал – на столе напротив места Смагина стояла дымящаяся кружка с заботливо извлеченным из нее пакетиком, рядом – стальная сахарница с кубиками белого и коричневого рафинада и плошка с темным медом и щипцами.

– Я не знал, любишь ли с сахаром, поэтому накладывай сам. Я бы предложил вишневое варенье, да Филимончук был в гостях, все вишни съел. Присаживайся, чего ты?

Я послушно присел и робко взял кружку, но не отхлебнул – ждал непонятно чего.