«Нет, надо права делать, я уже не могу на маршрутках кататься! Ой, еще и бабка тупая зашла. Ай! Карга, аккуратней можно ходить? И почему все бабки такие… даже не знаю как назвать…»
– Давай, уступи мне место, – ушлая бабка наседала на какого-то старика.
– Пошла на хрен! – заорал на весь автобус дед.
«Нет, я лучше музыку послушаю», – Осокин достал из кармана наушники. Музыку включил на телефоне.
Народ в маршрутку с каждой остановкой набивался и набивался. И чуть ли не каждый пассажир либо толкал Данила, потому что он стоял рядом с дверью, либо наступал ему на ноги. «Уроды! Нет, надо права, надо права!» Но на учебы времени нет, и денег тоже нет.
Солярий располагался рядом с остановкой. «Удачно», – Осокин зашел в помещение. Над дверью звякнул колокольчик. Молоденькая администратор улыбнулась и предложила свою помощь. Данил показал служебное удостоверение. Улыбка девушки сразу пропала.
– Я вас ни в чем не подозреваю, – заверил ее Осокин. – Можно узнать имя вашего директора или… хозяина.
– Карен Ашотович Антасарян, – ответила девушка. – Он, кстати, у себя. Доложить?
– Конечно, – сказал Осокин.
Девушка набрала короткий номер:
– Карен Ашотович, к вам посетитель. Он из убойного отдела. Да, хорошо, – положила трубку. – Пройдемте, – сказала она и пошла впереди. Данил оценил ее вид сзади. «Приседает. Однозначно приседает».
– Вот его кабинет, – показала на дверь девушка. – Проходите, – и быстро вернулась на рабочее место.
Осокин дважды стукнул и зашел, не дожидаясь разрешения. Данила сверху обдало струей теплого воздуха. Работал кондиционер. Кабинетом оказалась небольшая комната с высоким подоконником и рабочим столом, за которым сидел кавказец. Рядом с компьютером сувенирная статуэтка толстого улыбающегося Будды. Перед столом стояла два стула. Пол застелен скрипучим паркетом. Жалюзи были раздвинуты, но в кабинете все равно горел свет.
– Присажевайтэсь, – с характерным акцентом сказал Карен. – Меня зовут Карэн Ашотович, но для сотрудников полиции я просто Карэн, – и протянул Осокину руку. На среднем пальце красовался золотой лев-перстень.
– Данил, – пожал в ответ руку Осокин и показал документы.
– И чем я могу помочь? Ко мне, обычно, люди из налоговой приходят, понимаете? Они, финансисты эти, любят покопаться в бумажках, в бухгалтэрии. Но у мэня все чисто, я вас уверяю.
– Я вам верю, – ответил Осокин. – У меня к вам пару вопросов. Они касаются Федорковой Ангелины… Не могу отчество вспомнить.
Карен сидел спокойным.
– Вы ее знаете?
– Конэшно! Она мой постоянный клиент. Да и кто в нашем городе не знает Федоркова?
– Отношения у вас с ней какие?
– Исключительно дружеские. Я и с ее мужем довольно хорошо общаюсь. Знаете, знакомство полезное. Пытаюсь через него выйти на новый уровень. Расширяться хочу. Солярий популярный достаточно, уже не всех желающих получается обслужить. Вот и пытаюсь как-то раскрутить Николая на спонсорскую помощь.
– Что вы делали в ночь с субботы на воскресение?
– Был дома, – Карен немного напрягся. – Живу с сыном, он может подтвердить.
– А можно контактные данные вашего сына. Понимаете, следственная необходимость, проверяем всех.
– Да, да, да, – ответил Карен и полез в свой смартфон. – Записывайте. Давид его звать, номер телефона, – и продиктовал ему цифры. – Он сейчас на учебе. Если хотите, могу позвонить и сказать, чтобы он приехал к вам в участок. Это не сложно.
– Нет, мы ему сами позвоним, – ответил Осокин.
– А что случилось?
– Убийство, – уклонился Данил. – Спасибо за информацию. Если у следствия возникнут какие-нибудь вопросы, мы с вами свяжемся.
– Конэшно, всегда помогу. Слушайте, может, в солярий ко мне сходите или девушку свою приведете. Одно посещение бесплатно. У меня самый лучший солярий по области, – и принялся расхваливать свой бизнес.
– Спасибо за предложение, – остановил его Осокин. – Я подумаю над ним. И еще раз спасибо за помощь следствию, – пожал ему руку. На выходе подмигнул администратору и пошел в фитнес-клуб.
Получается, что никакой связи Карен и Ангелина не имеют. Слухи, сплетни, грязные разговоры. Или этот Карен так умело играет, что не понятно, врет он или нет.
Теперь осталось проверить этого качка. Подтвердит, что Федоркова была с ним, назовет место их встречи, и останется тогда только один подозреваемый помимо Эдика.
Осокин зашел в фитнес-клуб. Элитное заведение. Рядом с рецепшеном журнальный столик с какими-то изданиями для качков и два кожанных диванчика. И опять на рецепшене сидела красивая девушка. Всеобъемлющая дискриминация страшненьких, или это у Осокина давно не было секса?
Данил представился и попросил вызвать Антона Сергеева. Пока девушка суетилась, допытывала Осокина, он дважды оценил ее бедра и глянул в декольте.
– Ничего противозаконного, – Осокин оторвал взгляд от ее груди. – Ведем расследование, проверяем все возможные варианты. – Как же надоело ничего не понимающим людям говорить одно и то же. Неужели так сложно позвать человека без лишних вопросов.
