— И вы не знали, что Доротея де Мелантен получила от Анны Дюшарм деньги и передала ей яд?
— Доротея — глупышка и вечно влипает в какие-то истории! У неё доброе сердце. Она всегда стремится помочь тем, кто её просит, и при этом не может отказаться от денег. Она занимается всеми деловыми вопросами, ей приходится платить за квартиру и жалованье слугам. Потому она вынуждена изыскивать на это средства, вот и поддалась на уговоры этой Дюшарм. Это было глупо и к тому же губительно для моей репутации! Если кто-то узнает об этом, все будут считать, что я побеждаю обманом! Но на самом деле я — сильный воин! Я с раннего детства занимаюсь фехтованием и регулярно упражняюсь с мечом!
— Значит, вы не знали, что она так же нашла способ подсунуть то же зелье и Бернье?
— Бернье? — изумилась Жеральдина. — Но зачем? Этот крашеный петух был полным ничтожеством! Не нужно было никаких зелий для того, чтоб я справилась с ним! Неужели она настолько сомневалась во мне, что решила помочь столь странным образом?
— А может, это случалось и раньше?
— Нет! — возопила она. — Уверяю, я всегда билась и побеждала честно!
— Вы знали, что у неё есть цикута?
— Откуда? Я же не роюсь в её вещах! К тому же держать яд в доме опасно!
— А что насчёт того яда, что хранился в вашем арсенале?
— Вы о той склянке, которую таскает с собой Драпен? — она поморщилась. — Я считаю это недопустимым — смазывать оружие ядом перед поединком, но, если кто-то полагает, что на войне все средства хороши, что я могу с этим поделать?
К разочарованию Марка, этот допрос так и закончился ничем. Жеральдина говорила прямо и выглядела искренней, и при этом придерживалась своей версии. Она ничего не знала ни об предварительных отравлениях её соперников, ни о заказе на дуэль от Анны Дюшарм, и вообще не слишком интересовалась, чем там занимается её подруга. Марк ей не верил, но у него не было никаких доказательств обратного.
Без особой надежды он вызвал на допрос слуг, но все они держались замкнуто и говорили то же, что и Жеральдина. Они ничего не знали об отравлениях и заказных дуэлях, их госпожа — великая воительница и может справиться с любым противником.
Марк бился с ними несколько часов, расспрашивая о том, в каких городах они бывали, проходили ли там какие-то дуэли, что произошло в последние дни, но они отвечали односложно, часто ссылались на забывчивость или на то, что ничего не знают и не слишком интересуются делами хозяек.
Уже поздно вечером он отправил в камеру последнего то ли лакея, то ли охранника и, размяв руками затекшую от долгого сидения за столом спину, встал из-за стола. Проходя через нижний зал Серой башни, он задумчиво посмотрел на видневшуюся в конце длинного коридора дверь, ведущую на Королевскую площадь. Ему хотелось вернуться домой, но оставались дела, которые нужно было закончить сегодня. И он повернулся к винтовой лестнице, ведущей наверх.
Он как раз поднимался по ней в свой кабинет, когда увидел запыхавшегося клерка.
— Ваша светлость! — воскликнул тот. — Его сиятельство граф Раймунд разыскивает вас.
— Иду, — проворчал Марк, и пройдя свой этаж поднялся выше.
Граф сидел в своём аскетичном кабинете, который хотя и был больше, чем у Марка, выглядел не богаче. Глава тайной полиции вообще не видел смысла в украшениях служебного помещения, и единственной уступкой внешней роскоши был старинный гобелен, висевший на стене.
Когда Марк вошёл, он, как обычно, читал какое-то письмо, выуженное из кучи бумажного хлама, покрывавшего стол. Впрочем, для него это был вполне определённый порядок, и он точно знал, в какой части этой кучи искать нужный ему документ. Марк прошёл к его столу и, не дожидаясь приглашения, сел на стул.
Раймунд наконец положил занимавшую его бумагу и поднял глаза на своего помощника.
— Что там с делом де Ренси? — без предисловий спросил он.
— Вы уже знаете, — кивнул Марк. — У меня есть подозрение, что она берёт заказы на убийства под видом дуэлей. Поскольку полиция магистрата не горит желанием браться за это расследование, им занялся я.
— Ты можешь не оправдываться передо мной, — остановил его Раймунд. — Во-первых, твой новый статус позволяет тебе самостоятельно решать, какое расследование ты возьмёшь на себя…
— Неужели? — усмехнулся Марк.
— Я не договорил, — нахмурился граф. — Это касается расследований, помимо тех, которые поручаю тебе я. А, во-вторых, Селена Беренгар навестила и меня, и сообщила, что просила тебя присмотреться к этой де Ренси. Её подозрения выглядят вполне обоснованными. К тому же я получил письмо от Баэрна. Он очень огорчён гибелью своего капитана, переживает за сестру и потому просит оказать ей содействие. Так что твоё решение взяться за это дело я поддерживаю. Однако, хочу тебя предупредить, — он поднял вверх длинный сухой палец, — чтоб ты соблюдал осторожность!
— С чего бы это? — нахмурился Марк.
