— Всё так, ваше сиятельство, — подтвердила она. — Я отправилась к кружевнице, которую зовут Адель Ризен. Её мастерская расположена на Дороге роз, она довольно известна и плетёт кружева на заказ для многих дам, бывающих при дворе. Я часто хожу к ней и мне нравится рассматривать выставленные там кружевные косынки и воротнички. В отличие от других кружевниц, ей удаётся очень точно воспроизвести узор или рисунок, и не приходится гадать, что же изображено на кружевном полотне. Пока она упаковывала заказ её сиятельства, я бродила по комнате, рассматривая выставленные изделия. Моё внимание привлекла шёлковая пелерина с рисунком из розовых цветов с зелёными листьями. Госпожа Ризен подошла ко мне и сказала: «Эта вещица стоит двадцать серебряных марок». Я посетовала, что для меня это слишком дорого, и тогда она сказала: «Если хочешь, я могу подсказать тебе, как ты можешь без труда заработать куда больше». Я очень удивилась, а она пояснила, что к ней обратилась одна из её клиенток, которая ищет кого-то из дома его сиятельства графа де Лорма, кто мог бы выполнить одно несложное поручение, и готова заплатить за это пятьдесят марок серебром. Я сразу же вспомнила ваш вчерашний приказ, и сделала вид, что меня очень заинтересовало это предложение. Я попыталась выспросить, кто эта клиентка, но госпожа Ризен уклонилась от ответа, однако, сказала, что сообщит ей о моём согласии. Встреча состоится завтра, когда стемнеет, мне следует быть в часовне святой Гертруды на улице Белой совы. Она будет меня ждать на скамье возле решётки с золотой розой, за которой хранятся благодарственные дары. Госпожа Ризен так же подчеркнула, что я должна молчать об этом свидании и прийти туда без провожатых.
— Хорошо, — кивнул Марк. — Завтра ты пойдёшь на это свидание, выслушаешь эту даму и возьмёшь то, что она тебе передаст. Когда ваш разговор будет закончен, ты выйдешь из часовни, и расскажешь мне, о чём вы говорили. Если у меня будут основания, я её арестую.
— А что будет с госпожой Ризен? — нахмурилась девушка. — Разве то, что она помогает преступнице, не заслуживает наказания? Она же не так глупа, чтоб не понимать, что подобные предложения делаются не с добрыми намерениями! К тому же до неё уже наверняка дошли слухи о том, что произошло между вами и этой де Ренси!
— Я обещаю, что допрошу её, — улыбнулся Марк, увидев, что девушка искренне возмущена поступком кружевницы. — Однако подобное посредничество вряд ли наказуемо.
— Это неправильно, — обиделась Элиза. — Ей наверняка заплатили, чтоб она нашла предателя в вашем доме! Она знала, что я должна прийти за заказом, и с чего-то подумала, что я готова за деньги причинить вам вред. Наверно это потому, что я так внимательно разглядываю её кружева, и она решила, что я готова на всё, чтоб заполучить такую вещичку!
— На самом деле многие девушки без ума от кружев, — улыбнулась Мадлен.
— Мне тоже они нравятся, но я ни за что не приняла бы подобное предложение, если б не приказ его сиятельства, — заметила камеристка.
На следующий день, едва начало смеркаться, она вышла из дома и не спеша направилась вдоль по улице, глядя по сторонам. Казалось, что это просто молодая служанка, которая получила свой долгожданный выходной и вышла прогуляться по городу, поглазеть на товары, выставленные на прилавках торговцев, и полакомиться сладостями в какой-нибудь небольшой кондитерской. Она действительно зашла в такую и купила кулёчек орехового печенья в виде сердечек. Потом она заглянула в галантерейную лавочку и выбрала там атласную ленту для чепчика приятного золотистого цвета и новый гребешок, украшенный накладкой в виде бабочки. На углу возле трактира она остановилась, чтоб послушать, как поёт молодой менестрель с лютней. Но когда он закончил петь балладу и двинулся со своей шляпой к зрителям, чтоб получить несколько монеток, она развернулась и пошла дальше.
Уже совсем стемнело, когда она свернула на улицу Белой совы и пошла по ней, глядя на красивые узкие фонари, висящие на гнутых кронштейнах. Мимо неё проходили дамы в разноцветных накидках с капюшонами и мужчины в добротных кафтанах, с короткими мечами на поясах. Это была улица богатых торговцев, и потому нижние этажи часто занимали лавки и магазинчики, и Элиза с любопытством заглядывала внутрь через гостеприимно распахнутые двери, чтоб увидеть прилавки, за которыми стояли приказчики, полки с яркими тканями и деревянные манекены, наряженные в готовые платья и камзолы.
Вскоре вдалеке показался изящный шпиль, поднимавшийся на фоне синего темнеющего неба над черепичными крышами квартала.
