Итак, тело убитого найдено! Мне оставалось лишь надеяться, что я прибуду к дому Сони Дижон не слишком поздно…
Сонин дом встретил меня полной тишиной; он весь был погружен во тьму, лишь окна тускло мерцали отблесками уличных фонарей — ни за одним из них не горел свет. И тем не менее ворота были широко распахнуты, а въехав на территорию, я обнаружил, что и входные двери так же гостеприимно открыты — светящийся фонарик над входом словно приглашал меня войти.
Я вошел, сжимая в руках оружие. В доме царила полная тишина — такая, что я отчетливо слышал биение собственного сердца. Я сделал несколько бесшумных шагов по гостиной.
В просторном помещении, накануне до отказа набитом толпой, сейчас было пусто и тихо. На небольшом круглом столике в самом центре горела высокая белая свеча — как те, что раздавались вчера при спуске в подвал. Было в этом что-то недоброе, хотя и напомнило мне тут же абсолютно не подходившие к данной ситуации строчки: «Свеча горела на столе, свеча горела…»
Все это было сутки назад, только вчера: оживление, гул голосов, смех, мои вялые ответы на кокетливые вопросы толстушки. Тогда я еще понятия не имел, что меня ждет. Между тем все действующие лица будущей драмы уже находились на своих местах: синеглазая Соня со своим «хирургом», моя сестра Ольга с ироничной ухмылкой на лице, Вера Бунина, смолившая сигареты у входа, Светлана Славицкая, прятавшаяся от журналистов, Кристина Лебедева и этот парень в черных очках, выполнявший свою таинственную миссию.
Я сделал еще несколько шагов, и передо мной открылся проход, который вел к двери в подвал. Именно там устроили выставку под зловещим названием «Помни о смерти». На полу у двери горела еще одна свеча.
Я перевел дух. Все правильно — последний акт этой драмы непременно должен был развернуться среди зловещих полотен художницы Сони Дижон. Железная логика.
