Обстоятельства менялись так быстро, что мне нужно было подготовиться, при необходимости, ввести в дело третью сторону. Время для этого ещё не наступило, но мне следовало учитывать вероятность того, что Петров может внезапно принять неожиданное решение. Предусмотрительность требовала, чтобы я не вводил в дело третье действующее лицо до того самого момента, пока это не станет абсолютно необходимым. Чем меньше было людей в курсе того, что происходит, тем лучше.
В этих обстоятельствах, следуя логике, мой выбор пал на доктора Бекета. Во-первых он уже был посвящен в некоторые методы работы Службы безопасности, а во - вторых, судя по всему, пользовался её доверием. Каково бы ни было мое мнение о его способностях вести переговоры после инцидента в его офисе с участием Петрова, это не имело значения, так как на данной стадии фактор доверия перевешивал все остальные соображения.
Тем не менее, я не собирался информировать Бекета в отношении той роли, которую ему предстояло сыграть. Более того, я был намерен сохранить в тайне характер моего собственного участия в этом деле и использовать Бекета по моему усмотрению вплоть до достижения поставленной мною цели. Судя по результатам, мне это удалось, так как даже после перехода Петрова на Запад, Бекет не имел ни малейшего представления о том, что я имел к этому какое-то отношение.
Однако, в тот момент моей задачей было свести этих двух людей как бы случайно. Я не мог просто привести Петрова к Бекету после того, что произошло на их последней встрече и, в особенности, из-за подозрений Петрова в том, что Бекет связан со Службой безопасности.
Я знал, что Бекет обычно уходит из своей консультации около полудня и, исходя из этого, предложил Петрову пойти на ленч в кафе по соседству с этим местом. Я все предусмотрел. Запарковав машину рядом с офисом, я сказал Петрову, что пойду забрать поступившую корреспонденцию и вошел в офис один, чтобы посмотреть, следует ли Бекет своему заведенному порядку. Когда я убедился в этом, я так согласовал по времени мои действия, чтобы встреча этих двух людей стала неизбежной. Я подошел к машине и окликнул Петрова. Когда он выбрался из машины, Бекет уже вышел на тротуар, и когда Петров повернулся, они чуть не столкнулись.
Оба в удивлении остановились. Первым пришел в себя Петров. - Я как раз подъехал, чтобы договориться с вами о консультации, - сказал он. Очевидно это должно было объяснить, что он делал на Маккуэри стрит вместе со мной.
- Тогда заходите, - произнес Бекет, - я посмотрю вас прямо сейчас.
Здесь вмешался я, чтобы наверняка гарантировать, что они зайдут в офис вместе. - Владимир, вы идите, а я подожду вас в кафе. Не задерживайтесь там.
Петров спокойно ушел с человеком, поведением которого он ещё несколько недель назад так возмущался. Потягивая кофе, я радовался удаче моей хитрости и планировал следующий шаг. Я решил, что пришло время восстановить репутацию Бекета в глазах Петрова.
- Ну, как прошло ? - спросил я Петрова, когда он присоединился ко мне за столиком кафе.
- Все нормально, - бросил он небрежно.
Я выждал немного и снова продолжил. - Этот Бекет на самом деле не настолько уж и плох. Более того, он может быть даже полезен. Он не последний человек и знаком со многими влиятельными людьми. Не исключено, что и он когда-нибудь пригодится.
К моему удовлетворению Петров согласился с этим и заметил: - Может быть, это и неплохая мысль пригласить доктора Бекета вместе выпить и пообедать.
Это мне понравилось. Значит я достиг своей цели и теперь инициатива перешла к Петрову. Максимально используя сложившуюся ситуацию, я предложил: - Я устрою это для вас, если вы не возражаете.
Петров охотно согласился и я понял, что звено, которого мне недоставало, теперь появилось. Отныне, если я хотел должным образом использовать Бекета, следовало сблизиться с ним, и самым лучшим в этом плане было бы получить приглашение к нему домой.
Как раз перед самым Рождеством у меня была беседа с Бекетом, в ходе которой я заложил определенные предпосылки к тому, чтобы получить такое приглашение. Поскольку мы с ним значительно сблизились, я преодолел свою сдержанность в отношении него и старался создать впечатление, что я отношусь к нему как к деловому человеку, к которому готов обратиться за советом.
- Знаете, - сказал я ему однажды, - я ощущаю некоторое беспокойство в отношении Петрова. Думаю, что он может изменить своей стране, если представится такая возможность. Он уже зондировал почву в этом отношении. Я не знаю, как себя вести в подобных ситуациях и какой может быть официальная реакция на такое решение. Вы знакомы со многими людьми. Не могли ли бы вы помочь в этом?
Бекет сделал ободряющий жест. - Не беспокойтесь, - сказал он. - Я смогу помочь и знаю людей, к которым можно обратиться по этому поводу.
