Новый приступ тошноты заткнул Айви. Я усмехнулась и пошла прочь. Город вокруг меня затихал. Лишь у ворот да на стенах кипели остатки работ. Но и они затихнут к утру.
***
Без рук заниматься чем-либо сложно. Поэтому я не занималась. Лишь сидела тихо на стуле, глядя в пустоту и размышляя. Было о чем.
— Что волнует? — поинтересовался ворон, опускаясь на пол передо мной.
— Двое других. Те, кто может перенести мой яд.
— Случилось что-то?
— Резко перестала понимать, почему годами никто не мог выдержать мутации с моим Даром, а сейчас в одном городе оказалось сразу трое.
— Раньше тебе не помогал я. В любом городе есть те, кто примет твою Силу без проблем. Ты придаешь ей слишком большую редкость. На самом деле, она на удивление хорошо совмещается с людской душой. С телом сложнее. Дар толкает на порог смерти, на самый его край. Мало кто выдержит в этом состоянии и не сорвется в Пропасть.
— Пропасть?
— Да. По этой причине твой брат такой живучий. Его сложно убить, потому что он отторгает от себя Пропасть. Постоянно борется с ней, не дает себя затянуть. Он ублюдок и погань, грешный демон, один из тех, кого не переносит никто. Но он знает, что в Пропасти его ждут бесконечные страдания и пытки. Он умный.
— Если его никто не переносит, почему же ты ему помогаешь?
— Потому что мне это выгодно. Нужно помогать тем, кто умеет выживать. Мертвецы долги не возвращают.
— Думаешь, за меня он вернет тебе долг?
— Еще какой. За тебя он готов отдать многое.
— Значит, твоя мотивация — это помощь Джордана? — я с улыбкой взглянула на ворона. — Ты слишком прямолинейный.
— О, поверь мне, красавица, у птиц мыслей больше, чем перьев. Я сказал тебе лишь то, до чего ты могла бы додуматься сама. Остальное лежит в глубинах моей собственной души, до которой тебе не добраться ни элем, ни лаской. Не забывай, что я демон, а мои услуги всегда кривоваты и уродливы.
Я рассмеялась и подцепила концом клинка ручку бутыли. Обхватив горлышко губами, отпила.
— Крепкая же зараза, — поморщилась я, ставя ром на место.
— Что с Айви?
— Будет жить. Мутирует где-то в грязи. Все так, как должно быть.
«Но почему-то найти подходящих людей для своего клана я смогла лишь с помощью демона. Интересно, без его направления — когда бы я решилась возобновить свои попытки?..»
***
Лезвия были неудобными. Они — не оружие. Они — часть меня. Раньше я могла любой клинок спрятать за пояс. Или в ножны. Даже просто оставить в остывающем трупе, а потом украсть новое. Раньше любой клинок был для меня временным инструментом, тем, что легко заменить и даже больше — тем, что нужно заменять.
Теперь все изменилось. Эти клинки прикручены к моим костям. Болты пронзают плоть, которая обросла вокруг металла неестественно-уродливым образом. Когда я режу человека, я чувствую натяжение в собственных руках. Теперь лезвия являются куском тела, я не могу их отбросить, спрятать. Даже просто уложить в ножны. Я должна ходить с голыми обоюдоострыми клинками. Больше никаких прикосновений. Кулачных боев. Рукопожатий. Если кто-то упал, я могу лишь позволить ухватиться за мое предплечье, там, чуть выше болтов. Но больше никогда не смогу самостоятельно помочь.
Меня это начало гложить после того, как я попробовала сложить руки на груди в привычном задумчивом жесте. Наткнувшись на клинки, осознала, что обречена на вечную жизнь с оголенным оружием. Мирное время прошло. Осталось там — вместе с пальцами, ладонями…
А потом я поняла, что не могу открывать двери иначе, как пинком или ударом плеча. Забавно. Упираться лезвием в доски и толкать их вперед ужасно неприятное занятие. Быстро отвыкаешь так делать. Ну а если дверь нужно открывать на себя… Проще всего подождать, пока кто-то сделает это вместо тебя.
— Алиса, вы готовы? — мой адъютант почтительно склонился и взялся за ручку двери.
— Да.
Улица встретила меня холодно и неприветливо. Зима близилась, но это последнее, о чем стоит думать в эту ночь.
— Мы подготовили продовольствие и воду…
— Что с пушками? Мне плевать, будет жрать скот или нет. Главное, чтобы в нужный момент вы могли выстрелить.
— Да, Алиса, как скажете… — Михаил, адъютант, слегка улыбнулся и вновь поклонился. — Пушки уже стоят на площади, их заряжают ядрами и порохом.
— Хорошо, уложились даже раньше, чем я думала. Михаил, лично проследи, чтобы орудия накрыли тентом. И да, вопрос с едой оставляю на тебя. Ты человек, тебе виднее, что нужно запасать и как это хранить.
— Да, Алиса.
— Мне нужно, чтобы те, кто не занят пушками и едой, занялись экипировкой. Пусть чистят ружья, они должны быть в идеальном состоянии к утру.
— Понял, Алиса. Что-то еще?
— Найди того усатого парня, который следит за новобранцами. Думаю, ты понимаешь, о ком я. Получи от него список людей, готовых к обороне. Мне нужно, чтобы слабой плоти стало как можно меньше. Убедись, чтобы всех, кто физически не способен держать оружие, убили, а их трупы изолировали от линии обороны. К примеру, заперли в темницах, которые мы пока не используем.
— Сделаю.
