— Такая красивая девушка… Такие приятные слова… А я, старый дурак, поверил! — воскликнул он, обращаясь к самому себе. Его голос теперь звучал раздражённо, почти обиженно.
Он посмотрел на диски, которые остались на прилавке, и тяжело вздохнул.
— Эх… Эти диски мне даже не нужны. Кто их купит? — проворчал он, явно чувствуя себя обманутым.
Затем он повернулся к окну, через которое виднелась удаляющаяся фигура Шаи, и покачал головой:
— Молодец, девочка… Но, если ты ещё раз появишься в моей лавке, я тебе устрою такой приём, что мало не покажется!
Его слова прозвучали скорее, как пустая угроза, чем как реальное намерение. Всё его выражение лица говорило о том, что он чувствовал себя использованным, но ничего уже нельзя было поделать.
Утро началось с того, что я проснулся в ночлежке. Как же давно я не спал в нормальной кровати. Пускай матрас был жестковат, а подушка попахивала чьим-то потом, всё же мне удалось хорошенько выспаться. Никакие кошмары этой ночью не снились. Казалось, организм так вымотался за последнее время, что просто отрубился и наслаждался долгожданным покоем без тревог и забот.
Выйдя из ночлежки, я обратил внимание на Джона, который ходил по двору. Он уже был одет в свой доспех и выглядел, скажем прямо, внушительно. Хотя доспех всё же оставлял желать лучшего. Его нога всё ещё немного подклинивала, и Джон продолжал нарезать круги, в надежде разработать сервопривод. Каждый его шаг сопровождался лёгким металлическим скрежетом, словно механизм протестовал против такого обращения.
Батарея, которую мы забрали у Ибрагима, была, конечно же, разряжена. Но Шая умудрилась за ночь зарядить её в мастерской. Мне даже представить страшно, какой счёт нам выставит Дэн за пользование его помещением. В голове уже начали мелькать мысли о том, как мы будем выпутываться из этой ситуации.
— Ну как обновка? — спросил я, подойдя ближе к Джону. Мой голос прозвучал весело, но в нём чувствовалась лёгкая напряжённость.
Джон остановился и повернул ко мне голову. Шлем, хоть и был старым, всё ещё выглядел грозно, особенно с многочисленными царапинами и вмятинами, которые только добавляли ему характера.
— Ну шлем всё ещё не герметичен, и в токсичную среду лучше не соваться, — ответил он. Его голос звучал глухо, как будто он говорил, одев ведро на голову. — Но я думаю, что с текущей миссией мы справимся.
Я посмотрел на него внимательнее. Джон явно старался казаться уверенным, но в его движениях всё ещё чувствовалась лёгкая нервозность. Он снова сделал шаг вперёд, и его нога издала знакомый скрежет.
— Отлично, — сказал я, похлопав его по большому стальному плечу. Удар получился громким, и Джон чуть качнулся в сторону, но быстро восстановил равновесие. — Самое время перекусить да отправляться. Глядишь, к вечеру управимся. А где, кстати, остальные?
— Ну, Гуль уже в таверне, — ответил Джон, снова продолжая ходить по двору. Его голос звучал всё так же глухо, но теперь в нём появилась лёгкая насмешливость. — А Шая всё ещё в мастерской у Дэна. Что-то мастерит. Сказала, сюрприз будет.
— Сюрприз, значит… — пробормотал я, задумчиво почесывая затылок. Мои мысли сразу начали рисовать различные варианты того, что она могла придумать. Зная Шаю, это могло быть что угодно: от полезного гаджета до очередной авантюры, которая может нас всех погубить.
— Да уж, с ней всегда нужно быть начеку, — заметил я, больше самому себе, чем Джону.
Тот кивнул, хотя его движение было едва заметным из-за массивности доспеха.
— Точно. Особенно если она говорит про "сюрприз".
Мы замолчали, и я почувствовал, как внутри меня нарастает лёгкое волнение. Предстоящая миссия уже стояла перед глазами, и я знал, что времени на раздумья у нас нет.
— Ладно, — сказал я, решительно вздохнув. — Пойду проверю, что там Гуль. Если он уже успел напиться, то придётся его вытаскивать. А ты продолжай разрабатывать эту свою ногу. Только не сломай её окончательно, ладно?
Джон кивнул, и я направился к таверне. По пути я не мог не заметить, как солнце уже начало припекать, а воздух стал тяжёлым и липким. Впереди нас ждала пустыня, и я знал, что этот день будет непростым.
Когда я зашел в таверну, то увидел интересную картину. Она была пуста. Абсолютно. Только Гуль сидел за тем же столиком, что и мы все вчера. Кинув взгляд на бармена, я заметил гримасу неудовольствия. По его лицу было понятно, что Гуль своим видом распугал ему всех клиентов, особенно после вчерашней стычки. Но он терпеливо продолжал тереть стаканы, дожидаясь, когда же тот наконец уйдет. Подойдя ближе, я уселся на свободный стул.
— Ну и чем нынче кормят? — спросил я, потирая руки.
— Все той же гадостью, что и всегда, — хмыкнул Гуль выглядывая из-под шляпы. Казалось, он ее вообще никогда не снимал. — Или ты думаешь, что сюда подвезли омаров в пряном соусе?
— Ну, омары не омары, а набить желудок чем-то надо, — констатировал я, скривившись в едкой ухмылке
