— Подожди. Ты сказал, что он "не сделал ничего хуже". То есть ты знал, что он способен на худшее? — мой голос срывался на крик.
— Естественно знал, — пожал он плечами, как будто это был риторический вопрос.
— И ты не сказал мне?!
— А зачем? — его губы растянулись в самодовольной усмешке. — Ты бы всё равно не поверила, пока сама не увидела.
— Ты… ты просто… — я замерла, не найдя подходящих слов. Он победил. Опять.
Азгхар чуть склонил голову и весело добавил: — Кстати, если он использовал барьер против кота, то Барсик явно что-то из себя представляет.
— Да, он из себя представляет КОТА! — выкрикнула я.
— Это ты так думаешь, — протянул он с намёком. — А я начинаю думать, что у него есть потенциал.
Барсик в этот момент высунулся из-за угла кухни, словно специально, чтобы подтвердить его слова.
— Чудесно, — выдохнула я, чувствуя, как моя голова начинает болеть. — Просто чудесно.
Азгхар усмехнулся и с явным удовольствием отступил назад, оставляя меня кипеть в одиночестве.
Барсик. Демон. Профессор. Что я сделала, чтобы заслужить всё это?
Утро началось не с кофе. Оно началось с трели телефона, от которой я чуть не подпрыгнула вместе с кроватью. Сначала я игнорировала звук, надеясь, что он затихнет. Звонящий, конечно, оказался настойчивее меня.
— Ну кто там опять? — пробормотала я себе под нос, переворачиваясь на другой бок.
Но в итоге пришлось подняться, потому что звонок грозил сломать остатки моей психики. Барсик, как истинный виновник всех тревог в моей жизни, открыл один глаз, недовольно мяукнул и уткнулся обратно в свой пушистый хвост.
Телефон всё-таки был найден под подушкой, где ему явно было уютнее, чем мне. Я посмотрела на экран и увидела имя "Михаил Михайлович". Ну конечно. Кто ещё мог позвонить в такую рань, когда нормальные люди пытаются сделать вид, что этот день ещё не начался?
— Алло? — просипела я, пытаясь не звучать так, будто только что вылезла из-под одеяла.
— Полина, добрый день, — голос Михаила Михайловича был, как всегда, мягким, обволакивающим и… подозрительным. С таким голосом обычно говорят люди, которые вот-вот попросят что-то невозможное.
— Угу, добрый, — я не смогла удержаться от сарказма, садясь на кровать. — У вас что-то срочное?
— Не совсем, но думаю, вам это будет интересно, — в его тоне скользнула странная загадочность. — Я хотел бы порекомендовать вам посетить одно место.
— Место? — переспросила я, настороженно поднимая бровь. — Михаил Михайлович, вы же понимаете, что звучите как человек, который заманивает кого-то в секту? Еще и рано утром!
— О, нет-нет, — он рассмеялся, но смех был каким-то… слишком тихим, словно он не хотел, чтобы его кто-то услышал. — Это просто Клуб любителей магии.
Я замерла.
— Простите, что? — я решила, что ослышалась.
— Клуб любителей магии, — повторил он с лёгким оттенком нетерпения в голосе, как будто это было что-то само собой разумеющееся. — Там собираются люди, которые интересуются древними текстами, артефактами, ритуалами. Возможно, у кого-то из них есть знания, которые помогут вам в работе над манускриптом.
Мой мозг в этот момент отчаянно пытался разложить информацию на составляющие. Клуб любителей магии? Древние тексты? Артефакты? Всё это звучало как фраза из рекламы очередной настольной игры, а не как что-то, что действительно могло помочь.
— Подождите, — я медленно моргнула, глядя в никуда. — Клуб любителей магии? Это что, новая тусовка для фанатов фэнтези? Что-то вроде "Кто прочитает "Властелина колец" быстрее всех"?
На том конце провода повисла пауза.
— Полина, — наконец произнёс профессор, и его голос стал чуть серьёзнее. — Это не хобби и не шутка. Это место… особенное.
Я нервно усмехнулась: — Ага, особенное. Особенно странное.
— Поверьте, — продолжил он, не обращая внимания на мой сарказм, — вам стоит туда заглянуть. Люди там знают гораздо больше, чем кажутся готовыми рассказать.
Вот теперь стало совсем нехорошо. Его голос был слишком мягким, слишком "подводящим". Как будто он знал больше, чем говорил, и при этом намекал, что мне придётся вытащить это "больше" из кого-то самостоятельно.
— И зачем я им понадоблюсь? — осторожно спросила я.
— Вы им не понадобитесь, — ответил он. — Но манускрипт — возможно.
Ещё одна пауза. Я услышала, как в голове тихонько звенит тревожный колокольчик.
— Это… безопасно? — спросила я, не сумев скрыть лёгкое сомнение в голосе.
— Абсолютно, — сказал он слишком быстро.
Я фыркнула, чувствуя, как поднимается лёгкое раздражение.
— Слушайте, Михаил Михайлович, — я попыталась говорить как можно мягче, хотя всё внутри уже кричало: "Что за бред ты творишь, Полина?!" — Может, мне просто посидеть дома, переводить манускрипт и не влезать во все эти магические тусовки?
— Это ваше право, конечно, — ответил он с таким тоном, будто уже знал, что я всё равно соглашусь. — Но чем больше вы будете знать, тем проще будет понять природу текста.
Вот теперь моё любопытство окончательно включилось.
— Ладно, — выдохнула я. — Где этот ваш клуб?