О, я был нежен! Бесконечно осторожно, как к драгоценной игрушке, прикасался я к своей возлюбленной. Мои ласки были тихи, хотя внутри полыхал жаркий костёр страсти. Но дыхание Ани становилось всё чаще, её движения — смелее, и вскоре она сама крепко-крепко прижалась ко мне и мы слились. Один лишь раз чуть вскрикнула моя девочка, а потом все её тихие стоны мне на ушко были полны неги и любви. Плавный-плавный, мягкий-мягкий, нежный-нежный медленный ритм захватил нас и беспредельная сладость наполнила всё моё естество.
Потом были тишина, потрескивание огня в камине, терпкий вкус вина на губах, хранящих ещё Анечкины поцелуи, прохлада покоя и лёгкое тепло с той стороны, где лежала моя суженая. Её ручка, несмело крадущаяся под тонким одеялом к моему телу. Искорки внутри и внизу живота. Её пальцы скользят по моей груди. И снова тесные объятия, жаркие ласки, горячие поцелуи… Потом, похоже, мы уснули прямо в руках друг друга, сладко истомлённые любовью.
Нас разбудила Ольга, тихонько постучав по деревянному косяку входа в покой. Внутрь она заходить не стала. Мы оделись и вышли к ней.
— Мне так жаль отрывать вас друг от друга, — сказала она с неподдельной горечью в голосе. — Но нам с Андреем надо возвращаться в реальность. Там прошло уже с полчаса, я думаю. Мерзавец главный культист наверняка на полпути в свою Обитель. Вскоре, я уверена, он выведет на улицы армию своих головорезов. Пусть пока у него не вышло создать общий хаос, но возбуждённые ритуалами, напоенные тёмной силой от близости своих адских союзников, охваченные кровавой яростью берсерков инициаты и адепты могут быть очень опасны. И они наверняка вооружены. Мы должны быть там. Да я и не могу долго удерживать себя и Андрея в твоём сверхглубоком сне, Аня.
Тут у меня мелькнула странная, тревожно-радостная мысль.
— Постой-ка, Ольга, — сказал я. — А ведь я, наверно, смогу и сам выходить в плоскость Аниного сна! Ты говорила, что я явный грёзопроходец, а возможно, даже и мастер снов. Если ты покажешь мне, как искать эту плоскость, то через образ Ани в моём сознании, мне кажется, я сумею приходить сюда.
Аня радостно вскрикнула и схватила меня за плечо. Но Ольга с сомнением глянула на нас:
— Ты, конечно, можешь попытаться. Но во-первых, заходить так глубоко довольно трудно даже для опытного грёзопроходца, а во-вторых, если ты придёшь сюда своим собственным усилием, то недели на три тебе вообще придётся забыть о грёзохождении… С другой стороны, однако… Я совсем и забыла, что ты не в штате моего отдела! Тебе вроде и незачем постоянно ходить по снам, хотя, конечно, это было бы нам большим подспорьем. Однако у тебя есть своя должность и работа, которую ты с ещё большей отдачей сможешь выполнять, бывая здесь… И у тебя действительно есть очень сильная способность к воздействию на сны…
Самохина будто бы дебатировала вопрос сама с собой. На несколько секунд она задумалась, немного нахмурилась, но потом рассмеялась:
— Да, медвежонок! Ой, Аня, прости, я не буду больше его так называть… Да, братик! Ты сможешь бывать здесь! Раз в две-три недели, в зависимости от твоей воли. А что-то мне подсказывает, что воля к посещению этой плоскости у тебя будет очень сильная! Подойди ко мне — сейчас я спроецирую тебе в сознание путь сюда из твоего сна. Не бойтесь, целоваться не надо будет! Наклонись, Андрей, а то я до твоего лба достать не могу — верста коломенская!
И Ольга с улыбкой взяла мои руки в свои, чуть подтянулась и коснулась своим лобиком моей склонённой головы. Я закрыл глаза и почувствовал быстрый полёт сквозь тёмно-звездчатый эфир, увидел стремительно приближающиеся синие черепичные кровли замка и тут же вновь оказался у балконного парапета. Это было немного похоже на падение с огромной высоты, и я даже чуть пошатнулся, но Ольга поддержала меня. Я открыл глаза и с удивлением понял, что теперь отлично знаю дорогу через межсонное пространство. Да, она была долгой, но, по моим ощущениям, вполне преодолимой.
— Оля, — прошептал я. — Спасибо тебе за всё, сестра моя! Спасибо огромное! Как я благодарен тебе — ты вернула мне мою Анечку!
Девушки улыбаясь, смотрели на меня.
— Ты сияешь, как медный чайник! — сказала Ольга. — В жизни не видела столь счастливых парней! Ты как котик, у которого отрос второй хвост!
— Ещё бы мне не сиять! — со смехом отозвался я и двумя руками обнял обеих милых дам за плечи. — Я теперь самый счастливый человек на Земле и в сонном мире! Ну, пусть теперь хоть вся армия Незримых разом встаёт супротив — одолею всех! И вернусь к моей Ане! И буду возвращаться вновь и вновь! Мы будем вместе! О, как же я счастлив!
Слёзы вновь выступили на глазах Ани, но это были слёзы радости.
— Я тоже от всего сердца благодарю тебя, сестрица названая! — обнимая и целуя в обе щеки Ольгу, сказала моя суженая. — Спасибо тебе за Андрея! За то, что спасла моего милого от демоницы, и за то, что привела его ко мне. Идите, куда зовёт вас долг и возвращайтесь с победой! Я буду ждать и молиться за вас!
