Комната погрузилась в тишину, нарушаемую лишь потрескиванием масляной лампы в форме драконьей головы, подвешенной к потолочной балке.
Я провел пальцами по крышке черного ларца, ощущая подушечками пальцев шероховатость кожи, покрывающей древесину. Замок — сложный механизм с тремя поворотными кольцами — был уже взломан Корвином и лысым.
Внутри артефакты лежали как музейные экспонаты, каждый в своем углублении, отделенный от соседей полосками серебряной нити. Рядом с каждым была прикреплена карточка с описанием. Очень удобно.
— Ну-ка, что у нас здесь… — мой голос прозвучал странно громко в зачарованной тишине.
Кольцо с шипом «Сказание о Серане, змее с ядовитой кровью» оказалось холоднее, чем я ожидал. Серебряная змейка с изумрудными глазами обвивала диск из слоновой кости, а ее раскрытая пасть держала крошечный шип. Я поднес его к свету лампы — шип слабо мерцал ядовито-зеленым.
Согласно описанию, шип при введении в кольцо маны мог бесконечно, пусть и довольно медленно, порождать сильнодействующий яд. В моем арсенале это могло стать действительно опасным оружием.
— Мое, — проговорил я.
Кольцо тут же начало плавиться, впитываясь в кожу. Через несколько секунд от него осталась лишь небольшой ободок вокруг левого мизинца.
Активировав татуировку, я заметил, что палец приобрел зеленоватый оттенок. После того, как проколол подушечку кончиком «Энго», капля крови, упавшая на столешницу, слегка задымилась.
Следующим был золотой зуб «Сказание о Вуларе, волчьей пасти». Я покрутил его в пальцах, разглядывая крошечные руны, выгравированные вдоль искусственного корня.
Согласно описанию, если вставить зуб на место настоящего и влить в него ману, то можно было не только повысить силу сжатия челюстей, но и при укусе заразить человека подобием бешенства. Не смертельным, но при отсутствии должного лечения маной приводящим к спутанности сознания, лунатизму и повышенной агресии.
— Надеюсь, ты не сделаешь меня лунозависимым, дорогая, — вздохнул я. До сих пор Маска не поглощала артефакты мне во вред, но кто знает, когда случится первый раз. Тем не менее, я должен был использовать все возможности. — Мое.
Зуб исчез почти мгновенно, оставив после себя лишь легкое жжение и новый узор — на этот раз на деснах. После активации я ощутил, как мои зубы заострились, будто у настоящего волка и мне удалось даже без усиления маной прокусить почти насквозь спинку деревянного стула.
Тестирование части про бешенство я пока решил оставить на потом.
Диадема «Сказание об Урии, коварной и мудрой». Серебряные нити, переплетенные с платиновыми, образовывали замысловатый узор, напоминающий паутину, в центре которой сверкал сапфир размером с ноготь.
Тут все было немного проще по свойствам. Ускорение мышления, повышение аналитических способностей.
Запрещенным артефакт считался потому, что в принципе любые артефакты, влияющие не на скорость реакции, а именно на сам мыслительный процесс, строго контролировались и ограничивались. Потому что нельзя было было уверенным, что подобный непроверенный артефакт не подпалит кому-нибудь мозг или не превратит в маньяка.
Впрочем, я уже не собирался отступать.
— Мое.
Новая татуировка оплела голову, частично смешавшись с «Ольвой». Активация в пустой комнате, где ничего не происходило, поначалу как будто бы не возымело никакого эффекта, но когда я попытался встать, стало ясно, что «Урия» все-таки работает.
Движения казались вялыми и заторможенными, будто под водой, а когда я взял со стола стакан и кинул его в стену, мозг сам собой не только просчитал тракеторию движения плавно продвигающегося через воздух стакана, но и оценил потенциальную громкость удара и вероятность того, что его усышит кто-то в соседних комнатах.
Неплохо. Деактивировав «Урию», я мотнул головой, приходя в себя и возвращаясь к осмотру артефактов в кейсе. Помимо тех трех, что я поглотил, на мягкой подложке лежали еще четыре.
Однако их я трогать не стал, потому что все четыре были Хрониками, а у меня в памяти еще свежа была боль, что я испытал при попытке поглотить артефакт-Сказание, находясь на ранге Истории.
Прочитав описания Хроник, я решил оставить себе два из четырех, а остальные продать на черном рынке. Кинжал, превращающий кровь владельца в металл и удлиняющийся за его счет я бы не рискнул поглотить даже на ранге Хроники. А кольцо, испускающее дурманящий аромат, делающий носителя кольца неотразимо привлекательным для мужчин мне было не нужно и даром.
Теперь очередь была за ядрами. Я открыл второй ящик, где лежала груда шариков разных цветов и размеров — переплавленных в удобную для транспортировки форму ядер артефактов Сказания.
В отличие от ядер Хроник, возможных материалов для ядер Сказаний было куда больше, поскольку для этого подходили самые разные металлы, минералы и даже некоторые виды древесины. Главное, чтобы они могли накапливать в себе ману.
