— Формально все так, офицер, кроме опасности. Мальчишки, если бы они остались там, действительно могли получить очень опасные травмы. Но не я. Выгнать их из цеха при пусковых процедурах, было с моей стороны обычным человеческим решением. Как вы видите, со мной не случилось ничего экстремально-страшного.
— Да, — согласился он, — на вид вы будто лишь переборщили с загаром топлесс. И если я предположу, что вы из клуба загадочных персон, негласно обживших полумифический черный город Шакете на юге Ливийской пустыни?
— …То вы не ошибетесь, мистер Наджар, — ответила Скрэтти.
— Ладно, это ваши дела. Главное: никто не травмирован фатально в этом инциденте. В ближайшее время департамент безопасности пересмотрит лицензию DP-international на спецодежду. Подобное недопустимо в Египте, как в цивилизованной стране. Дирекция комбината, разумеется, тоже несет долю ответственности за аварию, однако, если ваше решение не заявлять официальные претензии, остается в силе…
— …Да. Я подтверждаю то, что отметила в первом полицейском протоколе. Технологии новых производств иногда приводят к авариям на старте. Так появляется опыт, который затем превращается в надежность и безопасность. Я не стану предъявлять претензий, и пришлю дирекции свои технические предложения в рабочем порядке, неформально.
— Что ж, ваш ответ понятен, мисс Сай. И дирекция комбината, поручила мне, в таком же неформальном порядке, передать вам послание-благодарность.
С этими словами, инспектор Наджар извлек из портфеля широкоформатный конверт и протянул Скрэтти. Она кивнула, положила конверт на стол и прижала чашкой, чтобы исключить унос ветром (хотя при массе конверта это было маловероятно). Инспектор аккуратно допил кофе, и откланялся, сообщив, что вопросов к экипажу больше нет, и «Фифифефаи» может продолжать движение по каналу.
Кевин подождал, пока представители египетского правопорядка укатят, и спросил:
— Скрэтти, что такое полумифический черный город Шакете?
— О, мой рыцарь! – чуть иронично отозвалась она, — Если тебе не хватит кошмаров на ракетно-ядерном полигоне Харруба, то я прокачу тебя на экскурсию в Шакете.
— Э-э… Там, что, вообще адски кошмарно?
— Адски, это очень точное определение, — загадочно сообщила Скрэтти.
— А видеосъемка там разрешена? – спросил Кевин.
— Сколько угодно, вообще без проблем.
— О! Круто! Будет, что вставить в видеоряд! – обрадовался он.
…
Профессор Фанни Шо отдышалась, приняла сидячее положение на надувном матраце, поискала в темноте на ощупь свои шорты, затем, не найдя, махнула рукой и объявила:
— Представь, Вилли, я раньше не занималась любовью у пруда в пустыне ни разу за две трети века активной сексуальной жизни.
— Две трети века, звучит монументально! — оценил Вилли Морлок, — Между прочим, для точности: Йалу больше чем озеро Чад, и это не пруд, это залив будущего моря Феззан.
— Какой это залив, если к нему нет моря? Но, учитывая размер, путь будет мега-пруд.
— У этого мега-пруда, — сказал он, — есть магия, ради которой я привел тебя сюда ночью.
— Мм… Разве не только ради экзотической камасутры? Кстати, дай сигарету. Я не могу найти в этой темноте свои шорты, и лишена возможности взять сигареты из кармана.
Социальный министр Ливии сначала глянул на юго-восток, где сквозь густой туман, клубящийся над заливом Йалу, тускло сверкали огни Сноутауэра, а затем вытащил из рюкзака — сигареты, зажигалку, термос и алюминиевые стаканчики, и объявил:
— После секса под звездами Ливийской пустыни, сигарета вкуснее в сочетании с кофе.
— Не стану спорить, ты, вероятно, эксперт в таких делах, — отреагировала миссис Шо, и пронаблюдала, как он в темноте (ориентируясь лишь по бликам на металле) аккуратно разливает кофе в стаканчики, и прикуривает две сигареты – для себя и для нее.
— Точнее говоря: я продвинутый дилетант, — Вилли улыбнулся, протянув ей стаканчик и зажженную сигарету.
— Спасибо, ты настоящий друг, — Фанни глотнула кофе, и сделала затяжку,
— так я очень заинтригована: почему ты пригласил меня на этот мега-пруд?
— Потому, что примерно через полтора часа, на рассвете, тут будет яркое шоу.
Миссис Шо сложила губы трубочкой, выпучила глаза, и громким шепотом спросила:
— Детали?
— Зачем, Фанни? Ты ведь не хочешь потерять элемент внезапности.
— Пожалуй, действительно не хочу. Лучше просто поболтать за кофе и сигаретой. Или точнее, обсудить грехопадение сектора персонала MOXXI .
— Какое грехопадение конкретно? — спросил Вилли Морлок.
— Вот какое: два астронавта для миссии к Чубакке суетливо выбраны из забракованных.
— Так. Любопытно. А что если конкретнее?
