– Ну так, просто вспомнил тут кое-что. Ты, вот знаешь почему он так называется? – со спокойствием на лице, спросил Володя.
– Нет, откуда мне знать? – отрицательно покачал головой друг, – Почему?
– Потому, – голос Володи стал тихим и несколько неэмоциональным, – что тут обитали кони, что ели людей.
– Бред, – отмахнулся Арт.
– А вот и нет, – продолжил Володя, – они обитали тут ещё во времена Древней Руси и поедали незадачливых путников, прикидываться обычными лошадями. Про Чудь, белоглазую, слышал? Так вот, это русичи так называли хищных коней из местных лесов.
– То есть, ты хочешь сказать, что древние русичи, назвали случайный подмосковный лес в честь древних монстров, которые ели людей и были конями? Вот скажи, ты головой где-то успел стукнуться? – Арт недоверчиво посмотрел на друга.
– Чего сразу головой?
– А того, что пугаешь ты крайне непрофессионально. Ну ладно, решил рассказать легенду из разряда: «У-у-у кони людоеды!», но хоть бы продумал её для начала.
– А сам-то сможешь лучше придумать? – обиженно буркнул Володя, расстроенный, что ему не удалось напугать друга своей историей.
Артём же, горделиво взглянув на друга, тихим, ледяным голосом сказал:
– Да легко, в любой хорошей страшной истории, нужно добавить реалистичности, чтобы она звучала хорошо. Я вот недавно про древних копытных читал, так вот, почти все они были травоядными. Но в том-то и дело, что «почти». Среди них были такие жуткие хищники, как мезониксы, которые возможно являются предками современных лошадей. И вот проблема в том, что до сих пор не ясно, вымерли эти самые мезониксы или нет. Они словно бы, в один момент просто исчезли с лица земли и до сих пор никто не может подтвердить то, что они не бродят сейчас где-то сумрачных лесах. И я тут подумал, если мезониксы скрылись в лесах, где они должны были приспосабливаться к новым условиям, то они наверняка эволюционировали в нечто жуткое и приспособились к новому рациону.
Володя сглотнул слюну и слегка дрожа, спросил:
– И что же это за новый рацион?
– Дураки, что название станции услышать не могут. – с серьёзным лицом декларировал Арт.
Громкий смех прогремел на всю станцию. Парни хохотали, не жалея животов. Артём хлопал друга по плечу:
– Хватит ржать, коней приманишь!
Тот смахивая слёзы, отвечал:
– Каких коней? Мезониксов!
Когда парни наконец успокоились, вновь наступила тишина. И пока Арт, залез в телефон, чтобы вновь позвонить отцу, Володя с интересом разглядывал тёмную чащу. Вдруг, он ткнул друга в бок. Когда тот оторвался от мобильника, Владимир указал на лес и спросил:
– А этот человек давно там стоял?
***
Когда горбатый внедорожник наконец подъехал к погружённому во тьму полустанку, ночь стала ещё холоднее, а на чащу спустился лёгкий молочный туман. Он остановился в паре метров от станции, дверь открылась и из неё вышел крепкий мужчина, спортивного телосложения. Его тут же окликнул знакомый голос:
– Бать, мы тут!
– Иду, – крикнул мужчина, в ответ, разглядев среди тьмы две тёмные фигуры.
Он увидел коротко стриженую голову сына и то, как он махал ему рукой на границе света и тьмы.
– Вы меня так напугали, когда набрали, – сказал мужчина, – вы в порядке хоть?
– Бать, мы тут, в крайне неприятную ситуацию попали…
– Сын, всё в порядке?
Оторванная голова сына упала на землю и покатилась прямо к ногам отца. А то, что имитировало его голос, как ни в чём не бывало, продолжило махать оторванной рукой и произнесло:
– Хватит ржать, коней приманишь!
Прямой удар в лоб, хруст костей и падающее на землю тело. Кровь тотчас заструилась из раны в виде полумесяца. Перед мужчиной теперь стояло два существа с конскими мордами и зубастыми пастями. Они стояли на двух ногах и были облеплены человеческой кожей, словно одеждой. Один из «коней» заржал на всю чащу, призывая свою стаю на обед…
Свинцовые тучи заволокли всё небо над роскошным особняком в три этажа. Дождь вот-вот собирался пролиться и на прилегающий экзотический сад, и на прелестный цветочный луг, и на ту тёмную рощицу, из которой выехал я, верхом на Авроре.
То была довольно старая кляча, уже с трудом справлявшаяся с работой ездовой лошади. Однако, по крайней мере она была верной и не слишком пугливой. Да и на другую, более-менее крепкую кобылу, денег у меня не было.
Вот и приходится довольствоваться тем, что есть. А есть не так уж и много. Хлипкий плащ, вряд ли способный укрыть от надвигающегося ливня, да пустая котомка. Но вскоре, всё изменится.