Несмотря на кажущуюся беззаботность, Далия испытывала подспудную тревогу. Пусть даже она и была просто ширмой для связи короля с Ивой Нелу, это не слишком меняло дело. Весь двор считал ее его любовницей, и, если их с Сидом роман откроется, королю придется что-то предпринять, он не потерпит такого урона своему достоинству.
Несмотря на предпринимаемые меры предосторожности, которые должны были свести к нулю эту вероятность, она продолжала просыпаться от ужаса, когда голова Сида скатывалась с плахи прямо к его ногам.
– Мне не хочется тебя огорчать, – однажды сказал он перед тем, как покинуть ее утром, когда она выглядывала из окна, чтобы убедиться, что в саду никого нет, – но у короля сейчас есть заботы поважнее, чем ты или Ива Нелу. Кроме того, даже если я попаду в передрягу, уверен, ты что-нибудь придумаешь, чтобы спасти мою шкуру. Я не знаю никого, кто мог бы сравниться с тобой в изобретательности, любовь моя, а ведь я в своей жизни повидал немало прощелыг.
– Вы невежа и грубиян, командор, – ответила она, запуская в него подушкой. – Подите прочь.
Разумеется, он никуда не ушел.
Она пришла к выводу, что он прав, однако по какой-то неизвестной причине тревога ее нисколько не уменьшалась. И после того, как Ирена, поделилась с ней очередной порцией своих наблюдений, ее страхи приняли более четкие очертания, грозя вылиться в панику.
– А вы знаете, где прошлой ночью был ваш любовничек? – торжествующе спросила она. – К нему приходили какие-то странные люди в масках и в плащах с капюшонами, так вот они заперлись в Красной комнате и просидели там около часа. Я видела из окна, как они подходили, но не обратила внимания, а когда обнаружила их, они уже прощались, так что я не знаю, о чем они говорили, – Ирена явно не могла простить себе такой оплошности. – Один из них сказал, как бы повторяя: «Итак, день пророка Илада, пароль Бельфегор». Очень похоже на то, что ваш сердечный друг замешан в каких-то темных делах. Попахивает даже заговором.
Далия, ничего не ответив, в задумчивости отправилась бродить по коридорам. Если Сид действительно был заговорщиком, то это объясняло ее тревогу. Ирена кружилась над ее головой и продолжала что-то говорить, но ее слова сливались в один неразличимый шум. В дверях она столкнулась с высокой девицей в одежде горничной. «Это же оглобля Амина!», голос призрака, наконец, достиг ее сознания.
Далия медленно оглядела кланявшуюся ей горничную.
– Тебя зовут Амина? – спросила она.
– Да, танна, – ответила та, в испуге воззрившись на нее.
– Ты рассказывала, что видела танну Нелу в приемной королевы с мужчиной, и это был не ее муж, – в голосе Далии не было ни намека на вопрос.
– Откуда… – служанка с ужасом попятилась.
– Неважно. Кто он? Я знаю, что ты прекрасно разглядела и узнала его, хоть и наврала подругам.
Амина подняла руку с явным намерением осенить себя священным знаком.
– Не сметь! – прикрикнула на нее Далия. Служанка, задержав руку в воздухе, пару мгновений похлопала глазами, затем повалилась на колени.
– Это был художник, ваша светлость, Виотти! Прошу вас, только не превращайте меня в лягушку!
– Хорошо, но, если скажешь кому хоть слово, у тебя рука отсохнет.
Совершив этот бессмысленное действие, Далия направилась к себе. Ирена по-прежнему следовала за ней.
– Откуда вы узнали, что она наврала тогда? – с уважением в голосе спросила она. – Только не говорите, что прочитали ее мысли, больше вы меня не проведете.
– Комнаты королевы самые солнечные во дворце, – пожала плечами Далия, – она просто не могла его не видеть.
– Почему же она соврала?
– Наверное, влюблена в него.
– Вот где дура-то, – не преминула вынести свое суждение Ирена. – Ну а что с этой святошей? Донесете на нее королю или мужу?
– Посмотрим, – задумчиво ответила Далия. Кое-какие соображения у нее были, но они ей не нравились совершенно. Она со вздохом повторила: – Посмотрим.
– А что вы думаете делать с Меченым и его сомнительными ночными встречами? – не унималось привидение.
Она выглянула в окно. Листья платанов и апельсиновых деревьев ласково шелестели и качались над ее головой – точь-в-точь как в саду дома ее матери на улице Роз. Она снова вздохнула.
– Чему быть, того не миновать.
Последние несколько дней в опустевшем дворце пролетели словно сон. Далия предприняла последнюю отчаянную попытку повлиять на ход событий, предложив Сиду бежать в Рамалу или один из вольных городов. Денег от продажи ее драгоценностей хватило бы, чтобы прожить безбедно несколько лет, говорила, призвав на помощь весь свой дар убеждения, а тем временем он мог бы устроиться на службу к одному из королей Южных Земель. Меченый посмотрел на нее совсем как тогда, когда она поведала ему, что ее преследует призрак ее горничной, ласково погладил по волосам, и ответил, что он уже состоит на службе у Эрнотона Альменара, и на эту жизнь с него хватит королей. Когда она начала настаивать, он просто объявил, что его ждут дела, и ушел.
