Я занялась руками. Должны быть следы… Хоть какие-нибудь. Без перчаток – просто руки как руки, разве что ногти этот мужчина явно стриг и даже красил, покрывая прозрачным лаком. Ну да ладно – мало ли какая тут мода… Никаких меток. Ладно, значит посмотрим на основание шеи, грудь, ступни…
Старик наблюдал за мной и медлил с ответом. Не вмешивался ни когда я стянула ботинки, ни когда начала расстегивать рубаху. То ли понимал, что делаю, то ли не хотел отвлекать.
Заговорил он только когда я попыталась расстегнуть пряжку на перевязи с мечом – и одернула руку, обжегшись.
– Думаю, без магии его не снять. Все же родовое оружие… – задумчиво произнес целитель. – А что касается ответа… Я пообещал твоему деду, что буду оберегать род. Да, я ничего не сумел сделать… Но пока жив еще хоть кто-то – надежда есть. А если меня вышвырнут отсюда, если лишат дара или и вовсе осудят, то я точно ни на что не смогу повлиять. Пока, я верю, жив еще Дмитрий. У Марата есть дочь, пусть она с ним и не живет, ты… Не знаю кто ты, но все же – ты хочешь предстать перед Сосредоточием. Я не спас ни своего благодетеля, ни его сына, ни жену, даже тебе не смог вернуть здоровье, а после и вовсе упустил… Но какой с меня толк, если меня тут вообще не будет? Марат Евгеньевич скор на расправу, но он никогда не переходит границу. К тому же…
– Он на что-то подсел и не убьет того, кто готов достать ему дозу, – закончила я, рассматривая следы от уколов на сгибе локтя.
Меток, которые оставляло подчинение демонов, не было. Зато были отметки, оставляемые дурными привычками.
– Я никогда не связывался с дурманом, – с раздражением отозвался старик.
– Но ты знаешь о его зависимости.
На сей раз целитель промолчал.
– И не помог, – продолжила я.
Старик скрипнул зубами.
– Он не хотел, а я, да и никто другой, не могу ничего сделать без желания пациента.
– Запереть…
– Не считай себя умнее других, – с еще большим раздражением перебил меня целитель, – пробовал. Как и много чего еще, от бесед до приглашения одного из старых коллег. Увы – без его желания все бессмысленно. А запирать где-то даже малого однопечатника, но с Печатью менталиста – гиблое дело.
Интересненько… Значит выходит, что мой «дядя», который вроде как скоро станет главой рода, от чего-то зависит. Но притом сам менталист, то есть может что-то с чужими мозгами делать. Интересно, «малая печать» – это что? Ладно, потом… В общем – менталист. То есть был способен вызывать эту «манифестацию шизофрении», которая и сделала Владимировну, а теперь и меня, заложницей весьма дурацкой ситуации.
– Слушай, а никто не считал, что… В общем, что мне поставили диагноз из-за него?
– Разумеется, эту версию проверяли. Но в момент, когда ты начала гоняться с ножом за Марфой, Марат Евгеньевич был в Петербурге, на приеме. Свидетелей множество.
Интересно, что это за Марфа такая… Ну да ладно, потом узнаю.
Интересны еще два момента: мой дражайший родственник вышел из дома вооруженным. Уж не знаю, почему тут использовалось холодное оружие – демоны же, вроде как, не считались большой проблемой… Надо будет выяснить. Но так или иначе – он вооружен, хотя тот же целитель дома оружия не держал, да и раньше этот Марат клинок не носил. Может, конечно, потому что находился в особняке...
Или сейчас он вооружился зная, что по парку бегает парочка Низших. Вон как уверенно меня записал в мертвые…
Ладно, всему свое время. Если у меня есть пара часов без этого Марата, то надо потратить их с пользой. К тому же после препарата от старика усталость если не полностью ушла, то точно уменьшилась на порядок. Колено ныло, и бегать сейчас точно не стоило, но вот добраться до дома и до Сердца вполне можно, и никто не помешает.
К тому же есть еще один вопрос.
– Георгий, ты готов мне помочь?
– Смотря в чем, – нахмурился целитель.
– Ну программу я уже озвучила, – усмешка так в голос и лезла, – если менять, то все. Но, вообще-то, я имела в виду определение времени смерти.
Брови старика поползли вверх.
– Чьей?
– Игоши.
Судя по его лицу, тут таких терминов не знали. Ладно…
– Тот ребенок, в смерти которого ты меня попытался обвинить.
Губы целителя сжались в тонкую линию.
– Попытался? Ты…
– Еще раз – не я его убила. Игоша – Низший, демон, вселившийся в мертвое тело и изменивший его. На нас напал он и Ловец, но если Ловец взял какую-то дохлую белку, то игоша взял тело мертвого младенца. И оно как-то тут, на территории поместья, появилось.
Если в этом мире нет постоянных Врат, значит, демона кто-то привел. Ну или кто-то открыл Врата в доме, но, в любом случае, откуда-то вместилище да взялось. И если понять хотя бы когда погиб тот, кто вместил в себя демона, то это может помочь выйти на тех идиотов, которые заигрывают с… Другими? Да какие «Другие» – демоны они демоны и есть. Не «Другие», а лишь твари, которым только бы уничтожить людей.
– И ты хочешь узнать, когда убили ребенка? – уточнил целитель.
– Да. Кто-то призвал сюда демонов. Я этого не делала, ты – надеюсь, тоже нет.
– Я не идиот.
