— Я пока не общался ни с кем. Планирую это сделать в ближайшее время. Но я очень рассчитываю на свой орден, тут многие поддерживают меня и будут действовать так, как я сказал, — Дарел решил умолчать о том, что у него существуют большие опасения относительно воинов Крома, которые изначально были крайне негативно настроены к Тиберию, а уж к свержению королевы… Скорее всего, с ними возникнут большие проблемы, но их можно будет уладить со временем. Нужно только начать. Лишь бы Тиберий или сам Нил ничего не испортили бы!
— Держи меня в курсе, — жрица слегка улыбнулась. — Я не планирую играть втемную. Надеюсь, мы станем равноценными партнерами.
— Да, — вынужден был согласиться Дарел. — Ты тоже держи меня в курсе и не забудь сообщить о решении твоего мужа, а также о том, сколько людей поддержат его. На какие силы мы сможем рассчитывать. Нам надо составить дальнейшие планы с учетом новых сил и возможностей.
— Договорились, — Ириалисса поднялась со скамьи. — До скорой встречи, Дарел.
— До скорой встречи, — кивнул маленький жрец.
Итак, у него появляются союзники. Это очень хорошо. Но надо еще понять, что же это за союзники, какой вклад они реально могут внести в дело Нила, и зачем им это надо на самом деле?
И жрица права — пора начать прощупывать других жрецов. К сожалению, далеко не все они желают править и жаждут власти. Многие искренне и преданно служат своим богам, полагая это делом своей жизни.
Глупцы.
Самбуру вырос с этих краях, на хуторе недалеко от Тритона. Дом его семьи и еще пяток таких же бревенчатых домов стояли на возвышении над кронами подступающего к холму леса, у подножия которого с южной стороны начинались топи. За все время существования хутора лишь три раза люди его покидали в самые страшные нашествия тварей, и было это в последний раз еще до рождения самого Самбуру.
Их семья жила уединенно. Они никогда не любили городов, и даже образование дети с их хутора получали домашнее, а по окончании школьной программы ежегодно ездили в Тритон, где каждый год сдавали экзамены, чтоб получать дальнейшее образование и аттестат об окончании школы. Их семья всегда числилась травниками, а в спокойные времена и проводниками — они водили ученых и иногда местных солдат по лесам и болотам. Они давали постой некоторым ученым, изучавшим тварей, а еще дед получал небольшую пенсию от государства за то, что передавал какие-то сведения с датчиков, установленных вокруг хутора.
Сумбуру знал окрестные леса и болота как свои пять пальцев, а повадки тварей лучше привычек сторожевых псов, что охраняли их хутор. Но в этот раз что-то пошло не так. Парень как всегда собирал травы на берегу топкого болотца. Он хотел еще по пути домой подстрелить какую-нибудь дичь, чтоб было что-нибудь вкусненькое на ужин, а то давненько уже они не ели дичины. Самбуру аккуратно срезал стебли дикой стельницы, что при должной обработке могла уберечь от любой кишечной инфекции. Он уже почти заполнил мешок, когда услышал знакомое похрюкивание. Молодой травник поднял глаза и замер: на опушке леса стояли штук десять человекообразных серых тварей. Что они его видят, он не сомневался.
Самбуру бежал уже очень давно. Дыхание его со свистом вырывалось из груди, он хрипел и с трудом переставлял ноги, казавшиеся ему свинцовыми. Его бок разрывала страшная боль от глубокой раны. Глаза заливала кровь из второй раны на лбу, а сколько ран на его спине, травник даже боялся себе представить. Он израсходовал все патроны, а ружье потерял в болоте, через которое он с трудом сумел перебраться. Его сапоги остались там же. Честно говоря, парень сейчас хотел лишь одного — прилечь, отдохнуть.
Сзади вновь раздалось победное завывание поредевшей стаи. Твари уже несколько раз настигали его и начинали рвать, но потом, словно бы по команде, отпускали. Погоня продолжалась.
Самбуру из последних сил рванул вперед по едва заметной тропе. Шаг, еще шаг, еще! Даже скорость прибавилась! Еще рывок! Может быть, удастся от них оторваться, ведь и твари не железные, они тоже устают! Вдруг забрезжила надежда, почти нереальная, но все же…
Травник упал. Он растянулся на животе, зацепившись ногой за какой-то корень. В отчаянии парень попытался подняться, встал на четвереньки, потом поднялся на ноги, но резкая острая боль пронзила его лодыжку, он вновь упал в густой травяной мох. Драгоценные секунды были упущены. На него сверху набросились твари. Одна впилась острыми загнутыми клыками в правое плечо, вторая вцепилась в левую руку. Хрустнули под напором мощных челюстей кости, Самбуру дико заорал, тварь мотнула головой, отрывая ему пальцы.