Полицейский и бомбист посмотрели на него с одинаковым удивлением. Первый, кажется, заподозрил, что версия о личном друге-террористе не лишена оснований, а второй подумал, что гуляющие по академии байки о вездесущем и всезнающем ректоре совсем даже не байки.
А Оливер думал о женщине, которая вчера простилась с ним навсегда, и руку готов был отдать на отсечение, что Нелл каким-то образом связана с происходящим.
— У вас серьезные проблемы, мистер Тиролл, — проговорил он с расстановкой. — И, как мне сказали, облегчить свою участь чистосердечным признанием вы не желаете.
— Не-а, — с ленцой протянул парень. — Какой смысл?
— Смысл в том, что методы мои и господина инспектора разительно отличаются от методов господ из столицы. В лучшую сторону. И если вы не хотите побеседовать с нами, упомянутые господа, как только разберутся с вашим творением…
— Не разберутся, — самоуверенно перебил алхимик.
— Сомневаетесь в компетентности военных экспертов?
— Ага.
— И чем вызваны эти сомнения?
— Мое устройство нельзя отключить. Не предусмотрено конструкцией. Распутать активирующее плетение тоже нельзя.
— Можно выбрать из него энергию, — пожал плечами Оливер.
— Не-а. Можно пару лет подождать, пока само рассеется.
Занятно, если так.
— Вывезти подальше и взорвать, — буркнул Крейг и отвернулся к окну, продолжая демонстрировать, что разговор его не интересует.
Физиономия у алхимика стала самодовольная донельзя.
— Тоже не получится? — предположил Оливер.
Хотелось врезать мальчишке пару раз и от души повозить его мордой по дверце, размазывая бесстыжую ухмылку по затемненному стеклу. А можно было без явного членовредительства заставить его говорить, но людям лорда Арчибальда подобное самоуправство не понравится.
— Почему? — спросил Оливер, приняв выражение лица алхимика за ответ на предыдущий вопрос.
— Потому что.
Кулаки отчетливо зачесались.
— Привязка к образу, — бросил инспектор. — Видел я мельком ту штуковину. Вроде есть что-то похожее.
Значит, не просто акт устрашения, а покушение на конкретного человека. На кого? Но мальчишка снова затеял игру в молчанку, вернувшись к рассматриванию антимагических браслетов.
— Жаль, — почти искренне сказал Оливер. — Если ваше устройство настолько совершенно, вы — талантливый молодой человек, мистер Тиролл. И вас ждало прекрасное будущее.
— А теперь ждет отчисление. — Парень пожал плечами, звякнув цепочкой наручников. — Так о чем говорить?
Отчисление? Оливер тихо хмыкнул, ничем больше не выдав раздражения, разросшегося до размеров извергающегося вулкана. Мальчишка либо неисправимый оптимист, либо просто дурак.
Сообщить о своих выводах алхимику он не успел. Раздался приглушенный хлопок, автомобиль легонько тряхнуло, и со стороны полигона послышались крики.
— Надо же, — удивленно произнес Тэйт Тиролл. — Перенастроили-таки бомбу на себя. — И добавил глубокомысленно: — Вот это я понимаю — эксперты!
Оливер выскочил из машины. Крейг выбрался через другую дверь.
Полицейские взволнованно топтались у мостков, начинавших полосу препятствий. Бежать на полигон без приказа они не решились. Или просто не решились: после прогремевшего под щитами взрыва и первых взволнованных криков не слышалось уже ни звука, а ветер принес незнакомый запах, такой мерзкий, что, даже будучи едва уловим в воздухе, он провоцировал рвотные позывы.
Инспектор собирался что-то сказать, но когда только открыл рот, там, куда были устремлены все взгляды, появилась крупная палевая рысь. Зверь, а вернее, оборотень перемахнул через заграждения и несся во всю прыть к оставшимся на границе полигона коллегам.
Подбежав к ним, он несколько раз чихнул и принялся тереть лапами морду, а обернувшись человеком, громко выдохнул и зажал нос.
— Что там? — кинулся к нему Крейг. — Жертвы есть?
Рысь Эррол, очевидно бывший среди тех, кто удерживал щиты вокруг саперов, еще раз чихнул и посмотрел на полосу препятствий.
— Есть. Вон они идут.
В медленно приближавшихся «жертвах», покрытых с ног до головы крупными ядовито-оранжевыми пятнами, Оливер с трудом опознал столичных спецов. Подозрительные пятна, меняя форму от неровной кляксы до идеального круга, ползали по их коже и одежде, слабо светились и источали тот самый тошнотворный аромат, так что полицейские из группы сопровождения шли на приличном расстоянии от господ экспертов.
— Вот же дурень! — восхитился инспектор, скосив один глаз на авто, в котором остался сидеть Тэйт Тиролл.
— Еще какой, — вздохнул Оливер, думая, как избежать встречи с благоухающими и пышущими гневом эмиссарами вице-канцлера. — Я его забираю.
— А эти позволят? — попытался возразить Крейг.
— Мне не нужно их разрешение. Подобные… э-э-э… шалости разбираются даже не внутренней полицией, а администрацией и преподавателями академии. Если господа хотят подать жалобу, приму ее. В письменном виде и со всеми подробностями. Самому интересно почитать, как они вляпались в ловушку, сделанную алхимиком-недоучкой. Кому она предназначалась, известно?
— Дык, на того, под чей образ настраивали. Поди узнай теперь. А умника этого на факультете демонологии с посылкой поймали. Так что…
