– Что я могу вам сказать? Подтвердить ваше мнение? Опровергнуть его? Я не знаю, какое решение принять. Я могу только посочувствовать вам. Во всяком случае, вы можете быть уверены, что бы ни случилось, я буду на вашей стороне.
Ян Ван Хорн импульсивно пожал руку Морану.
– Спасибо, господин Моран. Я редко ошибаюсь в людях и знаю, что могу надеяться на вашу лояльность.
В этот момент где-то далеко забили тамтамы, глухо и грозно. Моран и Ян Ван Хорн обменялись быстрыми беспокойными взглядами.
Военные барабаны бамбара! Наказание начинается…
Француз вскочил.
– Ваш брат! Жизнь его в опасности. Нужно идти на помощь!
– И речи не может быть. Возможно, это связано с моим братом, господин Моран, но в то же время и с убийцей. Поэтому я не могу рисковать жизнью других людей, чтобы спасти его.
Но Моран уже одевался. Он собрал всё, что необходимо: продукты, аптечку и патроны, потом проверил оружие. Ян Ван Хорн смотрел на него молча. Когда сборы были закончены, Моран повернулся к нему.
– Вы не хотите рисковать ни своей жизнью, ни жизнью других людей, чтобы спасти вашего преступного брата. Согласен, это ваше право. Но моя жизнь принадлежит мне, поэтому я один отправлюсь на поиски Питера. И не пытайтесь меня удержать…
С этими словами Боб покинул палатку. Ян Ван Хорн не сделал ни одного движения, чтобы удержать его.
Всё утро Моран шёл вдоль реки. Временами заросли были так густы, что приходилось прорубать дорогу мачете. Всю дорогу его сопровождал шум водопадов и грохот тамтамов бамбара. Звук их каким-то необъяснимым образом доносился из-под земли, и, когда Моран прикладывал к ней ухо, звук слышался совершенно чётко.
Мало-помалу деревья расступились, и Моран оказался перед огромным водопадом, гигантской стометровой стеной воды, блестевшей на солнце, как стальной лист, а основание ее скрывалось в мельчайших, образующих облако, брызгах.
Боб несколько минут любовался этим грандиозным спектаклем, а затем двинулся к нагромождению скал, ведущих к вершине водопада. Это была своего рода монументальная лестница с разновысокими ступенями, состоящая из циклопических блоков, по которым физически хорошо подготовленный человек мог, хотя и с трудом, карабкаться вверх.
Чтобы добраться до вершины, французу понадобилось около часа. Там он и остановился, чтобы смахнуть пот и мелкие капли воды, осевшие на лице.
Перед Мораном расстилалась огромная саванна, через которую текла река. Вдали он увидел горы, в которых река брала начало.
Надвинув на глаза шляпу, Боб разглядывал раскинувшуюся перед ним равнину. Где-то там, на берегу реки, как утверждали пигмеи, должна находиться большая деревня бамбара. Однако Боб никак не мог ее разглядеть. Наверное, она была скрыта деревьями.
А тамтамы продолжали свой бесконечный грохот. Наверное, уже в двадцатый раз с начала пути француз приложил ухо к земле. Барабаны были, по-видимому, совсем недалеко, ибо звучали совершенно чётко. Это был глухой и тяжелый бой, как будто бил паровой молот.
– Похоже, что бьет один барабан, – прошептал Боб. – Наверное, один из тех огромных тамтамов, сделанных из громадного ствола дерева. Но черт меня побери, если я понимаю, почему грохот его доносится из-под земли…
Он встал и опять вытер пот. Мало-помалу до Морана стало доходить все безумие его предприятия. Охваченный рыцарскими чувствами, он только теперь осознал, что идёт на помощь преступнику, человеку, который несколько дней назад, во время охоты, хотел прикончить его самого. Во-вторых, он отправился один, и вскоре, может быть, за ним станет гоняться все племя бамбара. Боб, конечно, знал свои возможности и трезво их оценивал, так что на какое-то мгновение даже пожалел, что не послушал Яна Ван Хорна.
Но тем не менее за свои поступки он отвечал сам. Он всегда шёл до конца по тому пути, который избирал, хотя делал это вовсе не слепо, ибо привык планировать и раскладывать все по полочкам по ходу дела.
Теперь француз твердо решил прийти на помощь Питеру Ван Хорну и живым доставить его в лагерь. Однако до сего времени он ещё не обнаружил ни единого следа плантатора и его компаньонов. А, как он понимал, двигаться они должны были именно по этому пути.
Постепенно река, вдоль которой он шёл, ускорила свое течение, особенно в теснине между двумя холмами. Забравшись на вершину одного из них, он увидел многочисленные дыры, наверное вырытые водами.
«Скорее всего, это входы в одну из пещер, составляющих счастье контрабандистов, где, кстати, мог спрятать свое сокровище португалец, – подумал он. – Однако без знания точных ориентиров это все равно что искать иголку в стоге сена…»
Подняв голову к небу, Моран заметил, что над саванной кружат вороны.
Боб совершенно точно знал, что это означает. Там где-то впереди должен лежать труп. Конечно, это могло быть и животное, но нельзя исключать, что это человек… Он тут же подумал о Питере Ван Хорне.
Нужно посмотреть, – пробормотал он. – Нужно убедиться…
Пройдя в нужном направлении несколько минут, он добрался до места, над которым кружили вороны.
