— Нет. Вам возвращается ваше место в Гильдии Воров, а также восстанавливается долг перед наместником Утгарда.
— Ах это! Совсем запамятовал. — Я сделал вид, что задумался. — Пожалуй, столько добра от родного государства мне и не надо. Можно ли как-нибудь убрать последний пункт?
Я вынул руку из кармана, зацепив цепочку с амулетом. И теперь драконий зуб ненавязчиво покачивался перед лицом остроухого. Выцветшие глаза жадно сверкнули: альв ли, дверг ли, сварт… Перед соблазном все равны.
— Забыть о долге не забудут. Но формально закрыть… Это возможно. — Альв важно кивнул, но вытянутая за платой рука дрожала.
— Сначала сделай, — велел я.
— Долг закрыт. — Он изобразил какой-то штрих, не касаясь самой чаши. Но кровь снова зашипела и исчезла. А мне показалось, что пропала какая-то тяжесть, исчезла из ног и рук.
Я бросил амулет, альв ловко схватил его и с видом победителя надел на шею. Отлично.
Я развернулся и уже шёл к выходу, когда услышал за спиной глумливый смех.
— Я слышал о тебе, Марэк. Великий вор девяти миров. И разочарован. Ты мог обрести одну из сильнейших рун, а что выбрал?
Я бросил прощальный взгляд на альва и только пожал плечами. Меня уже порядком утомило наше общение.
Я свернул за угол и остановился, закрыл глаза, представляя себе амулет на длинной морщинистой шее, и… щёлкнул пальцами. Потом сунул руку в карман плаща и довольно выдохнул. Амулет был на месте.
Не стоит недооценивать руну Перт. Мой личный воровской мешочек.
Я, чуть ли не посвистывая, пошёл по улице. Пока я был в храме, стало совсем светло. Город никогда и не спал, но днём был другим, не таким как ночью. Суетливым, деловым, даже с видимостью наличия законной власти. Мимо меня прошествовало что-то вроде патруля стражников. Вот только их тут с роду не водилось. Мидгардом правили гильдии. Это было известно всем. Наместником обычно ставили сынка одного из глав, и его основной задачей было не мешать. Официальная стража если и была, то кормилась на стороне, контролируя только входы в город. А в дела «мирных» жителей и вовсе не совала нос.
Когда воровская гильдия узнает о моём возвращении — лишь вопрос времени. Но бросаться туда с распростёртыми объятиями, не выяснив всей информации, точно не следовало. Пожалуй, я повременю с «жестокой расправой» над кузиной и хорошенько её расспрошу. Оставалось надеяться, что живёт она всё там же. Но сначала надо было принять нормальный вид. Приодеться.
Я заметил вывеску с весами и нырнул в едва заметную серую дверь. За прилавком меня встретил довольно высокий дверг, такой же мрачный, как и всё его племя. Потом он долго показывал мне свой товар, но я лишь капризно морщил губы. Помучив его изрядно, я наконец покинул лавку. Только для того, чтобы скрывшись в тихом переулке и выждав достаточное время для того, чтобы дверг рассовал всё по сундукам обратно, щёлкнуть пальцами ещё несколько раз.
Я не жадничал. Не брал дорогих и сильно зачарованных вещей. Скромная рубашка из нитей сумеречных пауков, не снашиваемые лёгкие сапоги, штаны совсем обычные, но по размеру и не сковывающие движений. Плащ оставил свой. Вот и всё, что нужно вору и страннику. Хотя…
Я шевельнул пальцами, и во втором кармане плаща стало чуть тяжелее. А вот не стоило при мне прятать монеты под прилавком!
Посетив что-то среднее между таверной и рестораном (хозяин подавал всё в фарфоре и явно рисковал разориться), я великодушно оставил половину из так удачно позаимствованных серот.Что легко пришло — легко уйдёт.
Сытый, одетый и обутый я свернул в сторону Северных врат. Район йотунов. Конфликтовать тут в открытую смертельно опасно. Но за закрытыми дверями… К тому же, это всего лишь долгожданная встреча разлучённых судьбой-злодейкой родственников. Я чуть помедлил у знакомой двери. Надел на шею драконий зуб, потом протянул руку к острому выступу справа от входа и ссадил о неё ладонь. Законы крови нерушимы.
Дверь гостеприимно распахнулась, и я ввалился туда с криком:
— Дорогая, я дома!
— Я же уже семь раз всё повторил! Сколько можно?
Сидящий напротив меня Кирион молчал и монотонно постукивал пальцами по столу. Чтобы не заводиться, я стал смотреть поверх него на картину, на которой из вершины треугольной горы торчала птичья голова, а снизу её обвивал змеиный хвост.
Картина была странной. Здесь вообще всё было странным. Началось вроде всё понятно и логично. Меня привели в не очень приметное, но достаточно солидное двухэтажное здание, спустили вниз, не в какую-то земляную яму, а подвальное помещение — с каменным полом, стенами, освещением, широким коридором. Потом сняли доспех, обыскали, а дальше всё стало похожим на дикий сюрреалистичный сон.
На руки, вместо верёвки, мне надели наручники с разноцветными, сияющими шариками. Взгляд, наверное, у меня был очень ошалелый, потому что Кирион, стоящий рядом и наблюдающий за этим, сказал: «А какие ты хотел? Без подавителей магии?». Я не хотел никакие, но пререкаться не стал.