Опа. Слова-то все какие знакомые. Пошлялся, значит, старый доходяга по миру людей. Может, там и оставил свою молодость? Ладно, хоргвово рыло с ней с одеждой. Хорошо, что я вернулся в своё не изменившееся тело. Оставалось надеяться, что лицо тоже осталось прежним.
— Ну что встал? — Альв поднял на меня глаза, которые в другой ситуации я с удовольствием насадил бы на свои когти. Но у его наглости точно есть причина. Или храм защищён от боевой магии и оружия. Или тут за пыльной завесой парочка стражей притаилась. Скорее, первое.
— А я только спросить, — я криво ухмыльнулся, показывая правый клык.
— Вернулся, значит? — проворчал альв, уже более благодушно. — Ну и как там? Победил Виссарионыч? Захватил мир?
— В душе не знаю о чём ты, и знать не хочу. — Я уже еле сдерживал раздражение. Людским миром был сыт по горло. Ещё и здесь о нём вспоминать? — Делай своё дело!
Альв фыркнул, но всё же полез куда-то вглубь стола, а потом выставил перед собой сверкающую серебром Чашу Судьбы. Несмотря на такое пафосное название, эту и ей подобные чаши использовали в девяти мирах для фиксации вновь прибывших и для контроля любителей пересекать границы. В каких-то мирах продолжали делать всё помпезно, с соблюдением древних традиций, но в Мидгарде это стало почти формальностью. И способом заработать на тех, кто свой статус подтвердить не мог.
Я вытянул руку над чашей, чуть задрав рукав. Плащ при этом распахнулся, являя всю свою подноготную — то есть меня в отвратительном наряде. Ничего — я скрипнул зубами — недолго осталось. Альв, если и заметил мой вид, то никак не отреагировал. Да ему и не привыкать, наверное. Хотя возвращенцы обычно попадают в храм за городской стеной.
— Нож нужен? — проскрипел он.
— Обойдусь. — Я позволил дрожи пробежать по второй руке, и из моих пальцев показались острые загнутые когти. Я примерился к запястью, резко ударил и выругался. Да что это со мной? Собственный коготь соскользнул и, зацепившись, распорол ладонь. Кровь брызнула в чашу и сразу зашипела.
— Статус подтвержден. Марэк. Сын Чёрной Мэйв из йотунов и Великого…
— Это лишнее. — Я смотрел, как всё быстрее затягивается рана на ладони. Тело стало горячее, как при обращении. Ко мне возвращались утерянные за время перехода силы.
— Так надо. — Альв явно был возмущен, но стал выражать недовольство гораздо сдержаннее. Скорее всего, из-за увиденного, но так и не озвученного имени моего отца.
— Отчество разрешаю пропустить.
— Кхм, сына… Так. Полукровка. Демон-оборотень. Вторая форма — тендуа, чёрная пантера. Уровень силы — средний. Потенциал — не выявлен.
— Ну что тут поделаешь? — прокомментировал я, ощущая долгожданное жжение в
районе ключицы.
— Руна активной магии… Перт, — презрительно протянул альв. — Всего-то.
«Всего-то», — усмехнулся я про себя, но вслух ничего не сказал.
— Вторая руна… Кхм, — он замялся. — Тут что-то странное. Вторая руна не проявляется.
— Что? — Я от неожиданности растерял весь свой сарказм. — Что значит не проявляется? Разве такое бывает?
— В очень редких случаях. — Альв приосанился и занудел, только очков на переносице не хватало. — При полной потере или повреждении внутреннего источника магии или…
— Или? — нетерпеливо перебил я.
— Если сам носитель её не принимал. И никогда не развивал её свойств.
Что же… Этого стоило ожидать. Должен же быть хоть какой-то плюс в моём пребывании в вонючем мире людей. Теперь можно забыть о второй руне, она не будет напоминать мне о сделанном когда-то выборе. Будто исчезла позорная тату, набитая по пьяни на пояснице. И даже сводить не пришлось. Всего-то — умереть на какое-то время. Хелова ирония судьбы!
— Ну и дверг с ней, с этой руной! — махнул я уже зажившей рукой.
— Но она была очень сильная! — Альв, кажется, не полностью разделял моё легкомыслие в этом вопросе.
— А главное — редкая, — не удержался я и хмыкнул.
— Я могу активировать её, не уверен, что магия тоже вернётся, но со временем… Согласны? — подчеркнуто вежливо и почему-то на вы обратился ко мне альв. Опять пережитки былых переходов? Ну хоть не «товарищ».
Я мгновение помедлил, борясь с собой. Такой источник силы был мечтой многих в девяти мирах. Самый примитивный амулет, заряженный магией моей старой руны стоил на рынке немало, а тут… Я представил, как убиваю одного конкретного демона, облизнулся, а потом снова махнул рукой.
— Нет, пусть только перт.
Альв кивнул и провёл длинным пальцем по краю чаши. Жжение усилилось и, оттянув ворот плаща справа, я смог увидеть, как на своём законном месте проступает моя родная руна.
— Продолжим… — забубнил альв. — В собственности дом, но…
— Но? — изобразил я предельное волнение.
— Но его больше нет. — Альв покрутил чашу, видя лишь его взгляду доступные знаки.
— Как? — ахнул я. — И что же делать? Не полагается ли мне…
— Да. — Кислым лицом альва можно было поливать свежеиспечённую рыбу. — Компенсация. Любое равноценное, либо меньшее по стоимости свободное жилище, постройка, сарай, конюшня, крыло башни, подземелье…
— Лучше уж без них. Благодарю. — Я запахнул плащ. — Это всё?