– Да, я как раз к этому перехожу. Вероятно, среди нынешних уличных поколений он уже совсем неизвестен, по мерке чёрной общины слишком стар. Но его знают в университетской среде. Анализ его постов и комментариев в блогах и соцсетях, предпочтения в чтении, выборе музыки, а также поверхностный анализ сетевой активности его близких говорит о том, что объект в течение последних десяти лет испытывает всё более углубляющийся дискомфорт и подсознательное разочарование. Он отторгает современность и живёт прошлым, переосмыслив идеалы молодости под давлением печалящей его реальности. С вероятностью восемьдесят процентов в течение двух-трёх последних лет этот ментальный процесс носит уже осмысленный характер, хотя почти не проявляется в его университетской работе и публичных высказываниях. При этом с вероятностью семьдесят четыре процента в нём всё ещё, несмотря на возраст, бродят амбиции, подпитываемые чувством вины. Ему есть с чем сравнивать. Та Америка, которую он помнит, была куда комфортнее и логичнее, а к созданию нынешнего глобального гетто он хоть немного, но всё же причастен и предельно чётко осознаёт это. В качестве иллюстрации – он ведёт сводную таблицу успеваемости студентов – в строжайшей тайне ото всех, разумеется – на протяжении вот уже пятнадцати лет, и результаты его удручают. При этом он сортирует студентов по происхождению, вероисповеданию, уровню доходов и полу. Ищет закономерности, это очевидно. Он по нескольку раз в день обращается к этому факту – дополняет, правит и при этом держит тщательно зашифрованным и запароленным. Вопросы?
– Шивон, какими инструментами ты пользовалась, анализируя диджитал-отпечаток личности Формана?
– Хороший вопрос, Флеш, – изображение на экране благосклонно наклонило голову, – пакет программ “This is your digital life” от «Кембридж-аналитика», версия 8.2.1. А также изучила его «облака» и домашний хард одним глазком, – Шивон невинно улыбнулась.
Флеш кивнула и сделала короткую запись в блокноте.
– Шивон, доверяю твоему анализу, – Ави Фридман допил воду и поставил стакан на стол, – но хочу ещё аргументов в его мотивированности.
– Секунду… Пруф[68] номер один. Завещание в пользу внуков, – на экране появился электронный документ, – пруф номер два – медицинская страховка и результаты ежемесячных медосмотров, – они также появились рядом, – пруф номер три – договор с издательством «Саймон & Шустер» о написании мемуаров – просрочен по вине автора. Саммари – он думает о будущем и хочет поучаствовать в его исправлении, чтобы его внукам достался более дружелюбный мир, но своим прошлым он недоволен, при этом не считает свой путь законченным. Он просто ждёт возможности. У меня всё.
Ави Фридман потёр подбородок.
– Возражения? – он обвёл взглядом сидевших за столом, – Ти Джей?
Тот пожал плечами.
– Сеньор Мартинез?
– Никак нет, сэр, – по-военному ответил испанец.
– Флеш?
– На мой взгляд, всё ровно, – она поправила причёску.
– Мистер Сантклауд?
– Мне кажется, предложение Шивон обоснованно, – чуть торопливо произнёс Клод.
Олаф без слов помотал головой.
Ави хлопнул ладонями по подлокотникам кресла:
– Значит, принято. Доступ к операции «Семестр» только у тех, кто находится на этом брифинге. На всякий случай, напоминаю. Координатор операции – Шивон. Флеш, на тебе подготовка медиа-поля. Мартинез – испаноязычные студенты. Клод – «осы». Олаф – прикрываешь Клода на улице. Ти Джей, на тебе чёрные студенты и, самое главное, профессор Форман. Подготовь вашу случайную встречу и знакомство. Месяца тебе хватит, чтобы найти с ним общий язык?
– За глаза, – кивнул Ти Джей.
– Обозначь ему перспективы предельно размыто, как доказательство серьёзности, за день до операции «Семестр», сообщи о предстоящем скандале с ректором Доусоном и намекни на его кандидатуру на это место. Уже после, по ситуации, скорректируем градус общения и степень нашей откровенности. Все разговоры фиксируй максимально полно, страховка нам не повредит. – Ави поднялся с кресла и потянулся, – На сегодня всё, всем спасибо, всем спать, завтра много дел. Шивон, тебя это не касается, следи за обстановкой и к утру подготовь подробный план заключительной фазы операции «Семестр».
– Шивон, начинаем! – Ави Фридман постукивал карандашом по столешнице, не пытаясь скрыть своего волнения. – Сколько тебе понадобится времени?
– От пяти до десяти секунд… – её изображение на экране померкло. Она установила замедление времени в сотню раз по отношению к офлайну, включила трэк “Tubular bells” Майка Ольдфилда, который мягким войлоком обволакивал пространство вокруг неё, и приступила к работе.