Создавалось ощущение, что мы попали в бесконечную пещеру, внешние границы которой вместо каменных стен образовывали густые леса. Здесь так же пахло влажной землей, смолой и травой, хотя грунтовая дорога под нашими ногами постепенно превращалась в настоящую асфальтированную улицу.
Впереди виднелись ничем не примечательные каменные дома. Это были строения высотой максимум три этажа с крышами коричневого и красноватого цветов. Они стояли в ряд по обеим сторонам от дороги, ужасно похожие друг на друга. За ними виднелись гаражи, несколько машин, серебристые резервуары для воды и немного запущенная детская площадка. Все это напоминало небольшой скучный пригород.
Самым красивым в этом городе были толстые стволы деревьев, растущих возле домов.
– Это Санктум? – спросила я и наморщила лоб. Я ожидала…
Натаниэль снова остановился рядом со мной и проследил за моим взглядом. Затем он широко улыбнулся и указал пальцем в небо. Я медленно подняла глаза кверху, и у меня перехватило дыхание.
Все во мне взывало о том, чтобы я ничему не удивлялась – в конечном итоге само существование этого города нарушало около двадцати правил Закона о вихрях, – но сдержать себя было просто невозможно.
– Вот
И только когда мы подошли к первому дереву, мне стало понятно, что стволы не просто росли вкривь и вкось. Толстые наросты представляли собой упорядоченные строения, в которых были видны окна, двери и даже небольшие террасы. Они были расположены вокруг ствола, почти так, как располагались этажи вокруг здания кураториума. Это были не дома на деревьях, которые грундеры прибивали к стволам гвоздями. Казалось, что деревья по своей воле росли так, чтобы образовать жилище для своих обитателей.
Я с трудом справилась с оцепенением, и мы медленно направились вслед за Фагусом и Бэйлом, которые уже ушли вперед.
– Сколько существует этот город? – спросила я у Натаниэля.
– Ну, много десятилетий назад это был шахтерский город, принадлежавший людям, – сказал он и указал на серые здания. – Собственно, Санктум существует недолго – нам пришлось переезжать несколько раз, пока мы не нашли идеальную площадку, которая могла бы защитить всех. Мы как могли отремонтировали дома, но скоро места стало не хватать. Поэтому пришлось импровизировать.
– И все это выросло только благодаря вашим способностям?
– Деревья в этой части леса сами по себе особенные, но
Интересно, сколько сплитов проживали здесь? И каждому из них Гилберт помог сбежать? Я просто не могла в это поверить.
И все же кураториум был ужасно слеп. Каждый год руководители с гордостью сообщали, что количество сплитов уменьшается, а на самом деле те просто прятались в отдаленных районах.
Существуют ли еще такие города? Швиммеры всегда селились в море, с этим мы смирились. А как насчет городов вирблеров? Городов цюндеров?
Внезапно мысль о том, что кураториум имел достаточно ресурсов, чтобы следить за всей планетой, показалась мне абсолютно безумной. Хотя я всю свою жизнь в это верила.
– Подожди, – сказал Натаниэль, остановившись недалеко от домов и расположенного над ними лабиринта из деревьев.
Он придержал меня за руку. Затем склонился мне за спину, и в следующее мгновение я почувствовала, что корни-оковы освободили мои запястья. Я тут же вытянула вперед руки и расправила плечи с благодарным вздохом. Боже, как же это было здорово!
Затем я вопрошающе посмотрела на Натаниэля.
– Здесь это не нужно, – услышала я.
Затем он снял свою льняную жилетку и протянул ее мне:
– Будь так добра, надень ее. Не нужно смущать жителей.
Я осмотрела себя сверху донизу. Знак
Вздохнув еще раз, я надела жилетку и запахнула ее на груди, чтобы спрятать знак.
Натаниэль довольно кивнул, а затем показал, чтобы я шла дальше. Я оглянулась на улицу. Мысль убежать сейчас, когда я могла свободно передвигаться, была ужасно заманчива. Но все же Натаниэль освободил меня от корней не без причины.
Кроме того, мой детектор находился у Натаниэля. А без него я не смогла бы обнаружить вихрь и попасть к своей семье.
