– А чего, ништяк же! – хмыкнул Митяй. – Попал, она расплющилась и такую дыру зафигачит – очумеешь! Чем плохо-то?
– Сам подумай: а какова точность у пули, которая неравномерно залита? Физику-то хоть немного помнишь? А еще подумай о пробивной способности. То есть летит пуля хрен знает куда, а попав, рикошетирует и уходит хрен знает куда. Пять сорок пять вообще отличаются таким свинством – мне папа говорил, что их и веточка может с пути отклонить. Легкие очень. А еще останавливающее действие. Прикинь, маленькая пулька пробила насквозь, и всё! И не почувствовал! А из семь шестьдесят два или девять миллиметров – ка-ак… дал! Знаешь, были… и есть, наверное, ружья такие, штуцера называются. Крупный калибр, нарезные. Так вот пуля из такого штуцера слона сажает на задние ноги. Все равно как из противотанкового ружья вдарить. Вот что такое крупный калибр! И семь шестьдесят два брёвна и стены дырявит на раз! А пять сорок пять застревает. Понял?
– Понял, профессор! Грузимся? – ухмыльнулся Митька.
– Грузимся, – кивнул я. – Только сходи наружу да осмотрись вокруг. Не дай бог, кто-то подкрадется… нагрузим, пожалуй! Для чужих. И нас же нашим оружием и грохнут. И когда пойдешь, пистолет наготове. Патрон в патронник, пистолет далеко не убирай. И да, не суй его спереди, лучше за пояс сзади. Тебе яйца еще нужны.
– Еще как нужны! – хохотнул Митька. – А засовывать никуда не буду. Вон кобуры лежат, видишь?
– Понял! Я дурак! – медленно кивнул я и пошел к стеллажу с кучей этих самых кобур – и оперативных, и поясных. И как я их не заметил?
– Не дурак! Только полудурок! Но на то я у тебя и есть – чтобы умные мысли подавать! Ха-ха-ха…
Мы грузились два часа. Или даже больше. Не засек время. Мы измучились, таская ящики и всякое железо! Джип был набит битком, под потолок забит ящиками, и еще столько же оставалось на месте! Или даже больше.
Забрали все стволы, взяли боеприпасов, сколько смогли, взяли бронежилеты и несколько комбезов – нашлась комнатка со всякой спецовкой. Пригодится, а что… удобно ведь. А еще кучу разгрузок взяли. Очень удобно! Теперь мы в разгрузках и с кобурами. Ковбойство с пистолетом возле ануса, конечно, круто, но как-то уже поднадоело.
Оружейку снова запер – ее без ключей хрен откроешь! Покруче дежурки будет – броня! И никаких окон. Можно было бы, конечно, загрузить барахло в «КамАЗ», и тогда уже вывезти все, но куда «КамАЗ» поставить? Оставлять на улице? А если угонят? Нет уж… пусть пока тут полежит. Успеется. Ну а джип мы поставим в гараж. В папин гараж. Ничего, войдет. Туго, но войдет – не грузовик же.
С собой возьмем пистолеты, по автомату, ну и запасные магазины с патронами. Переночуем, а завтра уже и решим, что делать. Я хочу поехать и потренироваться в стрельбе – куда-нибудь за город, в сторону Усть-Курдюма. А потом, оттуда, поедем искать себе дом. Да, да, дом! Чтобы со скважиной водяной был и с печкой. Хотя на зиму все-таки здесь вряд ли в окрестностях останемся, я помню, что сказал папа насчет Балаковской атомной, жахнет, и нам тут мало не покажется.
Вообще-то даже удивительно, что электричество до сих пор есть в сети. Кто-то из ныне покойных работников электростанций позаботился, точно, чтобы, даже если они помрут, у нас была электроэнергия. Вот она и есть – пока что. Но сколько это продлится?
Кстати, «КамАЗ» тоже нельзя просто так бросать. Мы его отогнали в переулок на Федоровской, закрыли и забрали ключи. А Митька еще и потихоньку клеммы с аккумулятора снял, да так снял, чтобы сразу и не видно было, что они сняты, – тряпочку подложил. Инструменты в грузовике были. Зад у «КамАЗа» слегка помят, но это только будка пострадала, да и то так… слегка. Как будто кто-то машине пендаля дал. Рама цела, даже фаркоп цел. А ведь вообще-то «КамАЗ» этот «лаптежник», то есть вездеход покруче, чем мой джип!
Вот только «кормить» его задолбаешься – такие машинюги горючку даже не едят и не лопают, они ее хлобыщут десятками литров! Для «Газпрома» такой расход невелик, а при наших реалиях – просто труба. Заправить такую машину вручную – сдохнешь.
А когда домик найдем, начнем операцию «Сбор». Митька придумал – «Операция «Сбор». Мы, пока грузились, все обсудили, и он предложил это название. Гордый такой! Вроде и взрослый парень, а все детство в заднице играет. Пафосные названия, пафосные атрибуты… требовал себе пулемет. Мол, круто с ним ходить! Дурачок. Я только ухмыльнулся и повесил на него снаряженный РПК. Походи, мол, с ним. Примерься.
Походил. Потаскал ящики. Через пятнадцать минут взмолился и сказал, что в гробу видал он пулеметы и все пушки вместе взятые! И что он раскаивается и все понял!
Еще бы – три кило весит укорот, против шести килограммов РПК! Тут и дурак поймет. Да и длинная дура, этот РПК, за все цепляется, мешает. Его хорошо где-нибудь в машине хранить – высунул в окно, дал очередь, и пошли-поехали!
