Пока Ольга, с помощью нашатырного спирта, холодной воды и крепких оплеух приводила в чувство Огурца, я через Интернет проник в компьютер компании "Викул, Антип и прочее отребье" и быстро, без каких-либо хлопот вошел в систему слежения. Так как она все еще была настроена на мой временный пароль, никто не мог мне в этом помешать и впервые от моей работы был хоть какой-то прок. Бегло просмотрев все этажи здания, я обнаружил, что большинство сотрудников компании отпущены домой, в здании находится уйма вооруженных людей, братва, да еще и сотрудники службы безопасности. Из этого я сделал вывод, что нам всем без хорошего, действительно ценного заложника выбраться отсюда будет практически невозможно. С заложником это тоже выглядело весьма проблематично, но в принципе вполне возможно, если, конечно, дождаться ночи и устроить всем хорошую суматоху.
Между делом я забрался в банк данных Интерпола и получил информацию на Антипа, его племянника Огурца, Клима и Шарфуди. Джейн, кое-какие из этих имен, знакомы и вам, так как вы очень много времени посвятили изучению деятельности Трибунала. Разумеется, вы должны помнить, что вор в законе Антип, был некогда одним из руководителей криминального мира России. Его полное имя Антипов Евгений Сергеевич и знать вы его должны хотя бы потому, что он стал одним из первых деятелей российского криминального бизнеса, который привлек внимание Всемирного Антикриминального Трибунала. Вы должны знать также и Шарфуди Беноева, но под кличкой Сиплый Евнух, это был до вчерашнего дня, один из самых удачливых международных исламских террористов. Огурец, – Егоров Виктор Семенович, был слишком ничтожной персоной и если бы не его дядя, то вряд ли его досье попало бы в банк данных Интерпола, хотя для своих двадцати четырех лет он успел наделать немало грехов.
Викулов Клим Игоревич по кличке Викул, тоже был важной персоной в криминальном мире и к своим тридцати двум годам уже успел стать признанным авторитетом не только в криминальной среде, но и в международном финансовом мире. Не смотря на то, что Антип держал в своих руках все финансы этого криминального картеля, именно Клим обеспечивал их свободное перемещение из банка в банк и прокручивал в различных финансовых операциях. В этот злополучный день что-то заставило Антипа лично прибыть в офис Клима и теперь они неторопливо беседовали в его кабинете, куда я не мог заглянуть, но поскольку эти типы никогда не расставались со своими сотовыми телефонами, я мог заставить Огурца позвонить своему дядюшке и пригласить его спуститься в подвал для того, что бы помочь ему выпутаться из очень неприятной истории.
Огурец издал слабый стон и открыл глаза. Скотч, плотно заклеивший его рот, мешал ему говорить и он только гневно мычал, сверкая глазами. На меня его мычание не произвело никакого впечатления, но вот мне как раз и следовало произвести неизгладимое впечатление на самого Огурца. Сделать это я решил довольно простым образом, жестоко избив кого-либо из быков Антипа на его глазах, а потому, для начала, я достал его из кучи бандитов, усадил в удобное полукресло и примотал к спинке капроновым шнуром, чтобы он не смылся из зала и досмотрел мое представление до самого конца.
Свой выбор я остановил на том самом ублюдке, которому досталось от меня по башке банкой пива и ребром ладони по шее. Он уже полностью пришел в себя и, как только я стал вытаскивать его на середину, попытался ударить меня связанными ногами в живот. Увернувшись, я поднял здоровенную тушу бандита, одетого в шикарный двубортный костюм с пола. Также усадив этого типа в мягкое полукресло напротив Огурца, но уже не привязывая, я принялся раскладывать на соседний столик свои трофеи, состоящие из одиннадцати пистолетов самых разных марок, пистолета-пулемета "Узи" моей будущей жертвы, да еще нескольких ножей. Чтобы этот урод не смог дотянуться до этих цацек, я отставил его подальше.
На глазах у Огурца, я потрепал отобранного бандита по его, перекошенной от злости, морде, освободил ему руки и приказал снять с себя пиджак и бронежилет, но категорически запретил прикасаться руками к скотчу. Бандюк послушался и, поначалу, разминая руки сидел смирно, пока я разрезал капроновый шнур, которым были крепко стянуты его ноги, видимо, прикидываясь валенком. Провести ему меня не удалось и потому, как только он снова попытался ударить меня ногой, я своим блоком маленько повредил ему голеностоп, после чего принялся избивать его с максимальной жестокостью, которую только смог возбудить в себе. Ну, да, это было совсем не трудно. Я без того к этому времени совсем озверел.
