Рядом кто-то закричал от боли. Пятидесятиграммовая бронебойно-зажигательная пуля Б-32 калибром 12,7 миллиметра со стальным сердечником оторвала неосторожно выглянувшему из укрытия станичнику руку по локоть, и теперь он, вскочив на ноги, вертелся на месте, ничего не замечая вокруг и пытаясь пережать культю, из которой хлестала потоком кровь.
-- Подавить пулемет, - хрипло прокричал атаман. - Весь огонь на пулеметчика! Заткните его, хлопцы!
Сразу несколько казаков открыли частый огонь из карабинов и ружей по "Шевроле", заставив чеченца скрыться. В этот миг еще один боевик высунулся из-за соседней машины, уже превращенной в настоящее решето. Он забросил на плечо цилиндр противотанкового гранатомета РПГ-26. Звук выстрела на миг заглушил треск автоматов, и над асфальтом скользнула дымная стрела реактивной гранаты.
-- Батько, атас! - успел крикнуть Гордеев, пытавшийся стрелять, удерживая "калаш" здоровой рукой. - Гранатомет!
Кумулятивная граната ПГ-26 взорвалась в десятке шагов от атамана, и того отшвырнуло на жесткую землю. Перед глазами казака вспыхнул настоящий фейерверк, а когда он пришел в себя, первым, что увидел, были пронесшиеся над шоссе на бреющем серыми тенями вертолеты.
Морские пехотинцы, грохоча ботинками, бежали по бетонному покрытию летного поля к вертолету UH-1Y "Веном", уже раскручивавшему лопасти несущих винтов. Рядом с ним замер, прижавшись к серым квадратам взлетной полосы, ударный AH-1Z "Вайпер" с полным вооружением на внешней подвеске, пусковыми установками противотанковых ракет "Хеллфайр" и блоками семидесятимиллиметровых НАР. Капитан Энрике Мартинес, полностью экипированный, с карабином М4А1 с подствольным гранатометом, в надвинутой на самые глаза каске, наблюдая за суетой на летном поле краем глаза, выслушивал последние указания своего командира.
-- "Хищник", выполняя контрольный облет, обнаружил автоколонну, движущуюся на северо-запад, - сообщил командир батальона морской пехоты, лично вышедший провожать своих людей. - Восемь машин, у пассажиров оружие. Вероятно, это чеченцы. Случаи нападения бандитов на мирное население в соседних регионах уже были, капитан, как и жертвы среди гражданских. Сейчас этот отряд в квадрате Ромео-восемь, "Пионер" его сопровождает. Я приказываю вам остановить чеченцев, разоружить их и заставить вернуться обратно! Ваш позывной - "Птица-один", капитан! С вами пойдет "Гадюка" огневой поддержки, ее позывной "Птица-два", я, как обычно "Гнездо". Будьте на связи, обо всех изменениях докладывайте немедленно! Если вам окажут сопротивление, разрешаю применить оружие!
Полковник Джек Райс требовательно взглянул на своего офицера, и Энрике, что было духу, гаркнул прямо в лицо своему командиру:
-- Есть, сэр! Приказ ясен, сэр!
-- Выполняйте, капитан! И не рискуйте напрасно своими парнями!
Мартинес, придерживая висевший на плече карабин, бросился к вертолету, последним поднимаясь на борт готовой взмыть в небо винтокрылой машины. Его бойцы уже были внутри, рассевшись на жестких сидениях. Ухватившись за поручень, капитан рывком забросил свое тело в десантный отсек, занимая место за пулеметом М134 "Миниган", установленным в проеме.
-- Взлетаем, сэр! - крикнул сквозь вой спаренных турбин "Дженерал Электрик" пилот в глубоком шлеме и очках, почти полностью скрывавших его лицо.
Вертолеты оторвались от земли почти одновременно, синхронно развернувшись и взяв курс на север. Взглянув направо, Мартинес увидел что "Кобра", основной вертолет огневой поддержки Морской пехоты, переживший очередную модернизацию, бог весть какую по счету за полувековую карьеру, и теперь почти не уступавший по возможностям армейскому АН-64 "Апач", заняла эшелон полусотней футов выше. Кто-то из моряков, тоже заметив эскорт, помахал рукой, и капитан увидел, как пилоты "Гадюки" машут в ответ, приветствуя братьев по оружию.
Встречный ветер продувал насквозь десантный отсек, в котором теснились полторы дюжины полностью экипированных бойцов. Моряки щурились, прикрывая глаза руками, кто-то опустил на глаза пластиковые очки, спасаясь от настоящей песчаной бури, поднятой винтами взлетавших вертолетов. Энрике Мартинес глянул вниз, увидев, как исчезает, уносясь назад, знакомая панорама аэродрома Грозный-Северный, основной базы американской морской пехоты здесь, в Чечне, переименованного самими американцами в Кэмп-Индия. Как на ладони были видны стоявшие вне ангаров, в полной готовности к взлету, вертолеты и самолеты. По периметру летного поля выстроились "Хаммеры" и бронемашины LAV-25, образовавшие последний рубеж обороны авиабазы. И возле одного из бронетранспортеров, нацелившего тонкий, как жало, ствол автоматической пушки куда-то в небо, командир морских пехотинцев увидел неподвижную фигуру девушки, покрывшей голову черным траурный платком.
