Американец, почувствовавший, наверное, что на него охотится снайпер, замер лишь на мгновение - и прилетевшая с километровой дистанции бронебойно-зажигательная пуля оторвала ему левую ногу.
- Слева, у пакгауза, - прокричал тревожно не успевавший зарядить свое оружие Махмуд, вокруг которого тоже каталось уже немало стреляных гильз. - Джип!
Управляемый людьми Хашеми "Хаммер" мчался меж казарм, и один из боевиков, распахнув люк в широкой крыше внедорожника, встал к пулемету. Американцы, еще не понявшие, что произошло, бежали к чек-пойнту, многие - без оружия. Бежали, и падали, сметенные очередями из мощного "браунинга" пятидесятого калибра, ударившего в упор по незащищенным людям. Пулеметчик понимал, что его минуты сочтены, и не экономил боекомплект. Нагиз Хашеми видел, как падали сбитые выстрелами фигурки в камуфляже, как тяжелые пули отрывали руки и ноги, буквально перерубая конечности.
"Хаммер", огрызавшийся огнем, мчался, сбивая оказавшихся на его пути американцев. Морпехи тоже начали стрелять в ответ из винтовок и карабинов, однако легкие пули калибра 5,56 миллиметра только оставляли царапины на его бронированных бортах и лобовых стеклах. Но из-за какой-то казармы уже выруливал на перехват точно такой же "Хамви", отличавшийся только рисунком камуфляжа да тем, что на крыше его, в самой настоящей башенке, был установлен трехствольный пулемет GAU-19/A, и стрелок уже разворачивал свое оружие.
Нагиз Хашеми, получив целеуказание, нашел цель за секунду. Перекрестье прицельных нитей легло на лобовое стекло американской машины, там, где полагалось быть водителю, и полковник, не колеблясь, нажал на спуск. Винтовка чуть вздрогнула, отдача, несмотря на дульный тормоз, оказалась такой, словно конь в плечо лягнул, а грохот выстрела был столь силен, что в ушах звенело еще несколько минут, а все звуки доносились, словно через толстый слой ваты. Но дело было сделано - бронебойная пуля калибра 12,7 миллиметра пробила слой прозрачной брони, разнеся голову водителя, и неуправляемая машина протаранила группу поддавшихся панике морпехов, врезавшись в стену казармы.
Полковник торопливо перезарядил винтовку. Целей хватало - свободные от вахты моряки бежали в укрытие, спеша добраться до своего оружия, а те, кто находился в карауле в момент атаки, напротив, пытались оказаться на пути "Хаммера", остановить его, выигрывая время для своих товарищей.
Хашеми перестал чувствовать толчки приклада в плечо, онемевшее от боли. Пулю за пулей он посылал в толпу своих врагов, видевших угрозу только в джипе, и не замечавших ничего более. Разогнанные пороховыми газами в стволе "Штейра" до тысячи метров в секунду, свинцовые конусы, разя на километр, навылет пробивали защищенные кевларом тела, прошивая титановые пластины бронежилетов. Почти ни один выстрел не был сделан напрасно.
- Справа гранатометчик! - крикнул Махмуд, вновь первым заметил опасность.
- Они должны добраться до цели!
На базе быстро приходили в себя - морская пехота не зря считалась элитой, во всех войнах первой вступая в бой. Прошло не больше полуминуты с начала атаки, а по взбесившемуся "Хаммеру" уже вели огонь десятки стволов. Нагиз Хашеми делал все, чтобы расчистить путь своим братьям, выбивая самых опасных противников. Американец, выскочивший из казармы, встав в полный рост, вскинул на плечо раструб реактивного гранатомета, целясь в корму "Хаммера" - и умер, когда тяжелая пуля ударила его в бок, швырнув обмякшее тело на забрызганный чужой кровью, усыпанный еще дымящимися гильзами асфальт.
Бронированный внедорожник выскочил на летное поле, и пулеметчик развернул ствол "браунинга" в сторону вертолета. Тяжелый транспортный СН-53Е "Супер Стэльен", стоявший в окружении многочисленных "Кобр" и "Ирокезов", только прибыл на базу. И сейчас по опущенной на бетон аппарели взад-вперед бегали разгружавшие его морские пехотинцы. Пулеметная очередь струей раскаленного свинца брызнула на сталь обшивки фюзеляжа. Бронебойно-зажигательные пули Mk.211 Mod.0 пятидесятого калибра прошивали оказывавшиеся на траектории их полета человеческие тела, разрывали их напополам, с лязгом ударяясь в металл, пока на пути одной из них не оказался топливный бак геликоптера.
Сила взрыва была такова, грузовик под иранцами заходил ходуном. В небо ударил фонтан огня, опадая мириадами пылающих брызг, сыпавшихся на оглушенных, контуженных людей. Громадный "Сикорский" подбросило в воздух, опрокинув на бок - и на нескольких сбитых с ног ударной волной морпехов, так и не успевших придти в себя. Остальных, тех, кто оказался чуть дальше от вертолета, избежав огненного водопада, просто оторвало от земли, раскидав в беспорядке по бетонным плитам, точно тряпичные куклы. Заодно горящие куски обшивки СН-53 пробили цистерну стоявшего неподалеку заправщика, и хлынувшее из рваных дыр топливо вспыхнуло, растекшись по взлетной полосе огненной рекой, в которой барахтались, истошно крича, заживо сгоравшие моряки.
