Дом, ставший убежищем и базой горстки партизан, был разрушен почти до основания, но от соседнего сохранилось целых два этажа. Туда и направилась Жанна. Лестницы под ее невеликим весом ходили ходуном, порой накатывали приступы тошноты и головокружения, но девушка упорно карабкалась наверх, ввалившись в квартиру - и отшатнувшись обратно, стоило только увидеть полусгнивший труп, лежавший на тахте у стены. Холод затормозил разложение, и запах тления почти не чувствовался. Женщине, судя по всему, немолодой, осколок угодил в грудь, буквально пришпилив ее к постели. Рядом, отвечая на незаданный вопрос, отчего она осталась здесь ждать собственную смерть, лежала пара никелированных костылей.
Ей все-таки удалось "покорить высоту", отыскав неплохую позицию. Шесть морских пехотинцев, наискось бежавших по двору, были, как на ладони. Жанна откинула резиновые крышки, защищавшие оптический прицел ПСО-1, и коснулась щекой отполированного приклада, когда снаружи донеслись звуки перестрелки. В окнах детского сада, чудом уцелевшего под градом снарядов и бомб, полыхнули язычки пламени, в ответ морпехи открыли ураганный огонь, а затем под ногами двоих из них, вырвавшихся слишком далеко вперед, разорвалась граната.
Биноевой пришлось приложить немалые усилия, чтобы прицелиться. Перед глазами вспыхивали разноцветные круги, в груди будто кто-то раздувал со всей силы кузнечные меха, и прицельная риска никак не желала держаться на силуэте цели. Спуск показался необычно тугим, а отдача чуть не сбила чеченку с ног, но первая же пуля, преодолев две с половиной сотни метров, отыскала свою цель, а затем еще одна и еще, пока во дворе больше не осталось живых врагов. Жанна видела, как выбравшиеся из окна детского садика партизаны замерли, озираясь, а когда они двинулись к ее позиции, девушка узнала командира и Олега.
Увидев в окне третьего этаже человеческую фигурку в камуфляже, машущую рукой, Бурцев только выругался, сплюнув сквозь зубы:
- Куда полезла, дура! Еле на ногах держится, а туда же - воевать!
- Боец, шевелись, - нетерпеливо прикрикнул Басов, с опаской смотревший в небо, словно мог увидеть падающие оттуда снаряды прежде, чем раскаленный свинец разорвет его плоть. - В укрытие, живо! Сейчас амеры здесь камня на камне не оставят!
Обходя многочисленные воронки, оставленные вражескими снарядами, и слыша скрежет густо усеивавших мерзлую землю осколков под ногами, партизаны двинулись к полуразрушенному дому, в темном нутре подвала которого десятки людей со смирением обреченных ждали своей гибели. А над головами двоих смельчаков уже выходил на цель беспилотный самолет RQ-1A. Ударный "дрон" ангелом смерти парил над разрушенным городом, и сейчас его оператор из безопасного далека готовился оборвать жизни русских партизан одним движением пальца. Силуэты людей заполнили рамку прицела, и ракета AGM-114 "Хеллфайр" сошла с направляющей под крылом "Предейтора", пикируя к земле вдоль невидимого лазерного луча, указывавшего ей цель. В последний миг партизаны разобрали среди доносившихся отовсюду взрывов и отзвуков выстрелов вибрирующий гул мотора, а затем земля под их ногами вздыбилась, будто пытаясь сбросить с себя надоедливых двуногих.
Олега Бурцева оторвало от земли, с размаху приложив об стену, так что у партизана вышибло из легких весь воздух, и несколько мгновений он лежал на потрескавшемся асфальте, разевая рот, будто выброшенная из воды на берег рыба. Ракета, выпущенная с американского беспилотника, отклонилась от курса на пару метров, и эти метры стали спасительными для двух партизан. Чувствуя, как все тело скручивает жгутом от боли, Бурцев встал на четвереньки, увидев в нескольких метрах от себя полковника. Басов полз, подтягиваясь на руках. Правая штанина его камуфляжных брюк намокла от крови, а багровые мазки на земле отмечали путь партизана. Олег на четвереньках приблизился к раненому товарищу:
- Давай перевяжу, командир! Ты истекаешь кровью!
- Слишком много суеты из-за какой-то царапины. Давай в дом, сержант. Встать помоги!
Бурцев кое-как поднялся на ноги, харкая кровью и шатаясь, будто от сильного ветра. В глазах двоилось, ноги подгибались, но он все же протянул руку полковнику, и, поддерживая друг друга, шатаясь и спотыкаясь на ровном месте, словно пьяные вусмерть, партизаны двинулись к крыльцу ближайшего подъезда. Сзади раздался крик, а затем - сухой треск одиночных выстрелов. Бурцев и Басов разом повалились на землю. Обернувшись, сержант увидел нескольких человек в американском "цифровом" камуфляже MARPAT, выскочивших из-за угла. Рассыпавшись цепью, они разом вскинули оружие, и вокруг вжавшихся в дно неглубокой воронки партизан защелкали пули, ложась с каждой секундой все ближе и ближе. Затем в стрекот американских карабинов М4 вплелся новый "голос", и партизаны узнали звук выстрелов СВД. Жанна Биноева опустошила магазин за две минуты, заставив американцев забыть про двух русских партизан, и Олег, вскочив на ноги первым, ухватил за локоть чертыхавшегося полковника, потащив его к подъезду, приглашающее распахнувшему двери.
