«Шикарно!» – таким было первое впечатление от комнаты. В белый мраморный пол были встроены небольшие светильники, лучи от которых пересекались и создавали ощущение, что ты попал в сказочный мир. Прямо перед ними было окно на веранду, задернутое роскошно ниспадающими розовыми шторами. В самом центре комнаты стояла огромная кровать – что удивительно, круглой формы. Напротив кровати на стене висел телевизор с плоским экраном. Сбоку от него – картина, вроде бы даже какая-то известная. Вот только изображение на ней было прямо под стать обстановке: мужчина и женщина, не обремененные ни единым лоскутом одежды, сплелись друг с другом в экстазе. Мёнчжун поспешно перевернул картину обратной стороной. Рохи же с выпученными глазами осматривала номер.
– А почему здесь везде свет такой приглушенный?
– Так принято.
– А почему так принято?
– Потому что изначально такие мотели создавались для другой цели. Не такой, как у нас с тобой.
– А для какой? Аренда комнат?
Мёнчжуну хотелось закричать. Чем больше объяснений, тем больше все запутывалось… Чтобы прекратить этот опасный разговор, он взял пульт и включил телевизор. На экране новомодный смазливый айдол[21] рекламировал рамён. Услышав, как звезда с прихлюпом втягивает лапшу, Мёнчжун вспомнил, что еще не кормил девочку. Он торопливо развернулся к ней:
– Ты не проголода… Эй!
Его голос заполнил все пространство комнаты. Видимо, Рохи куда-то нажала – и теперь подпрыгивала на кровати вверх и вниз, словно скакала на лошади.
– Это что, массажное кресло?
Мёнчжун даже не подумал объяснять ни что это, ни для чего используется. В долю секунды он подлетел к кровати и отключил режим вибрации. И тут…
«– В городском управлении полиции Йонина сообщили, что расследование пропажи ребенка переходит в разряд публичных. Есть ли какие-либо новости по этому сложному и запутанному делу?
– Да, новости есть. Наши зрители, наверное, помнят, что двадцать третьего августа мы сообщали о том, что полиция обнаружила тела директора известной клиники, доктора Чхве, и его супруги. Это двойное убийство получило широкую огласку, но в действительности только этим дело не ограничилось – тогда же из дома пропала и их дочь Рохи…»
Пока журналист отвечал на вопрос ведущей, с правой стороны экрана всплыла огромная фотография пропавшей. Лица у беглецов окаменели, потом Мёнчжун рухнул на кровать, не отрывая взгляд от экрана. Краем глаза он посмотрел на спутницу – та была на удивление невозмутимой.
«– Ужасное убийство супругов само по себе шокировало наших зрителей. А тут, оказывается, еще и ребенок пропал… Почему же полиция держала этот факт в тайне?
– Действительно, сразу же после обнаружения тел полиция проверила камеры наблюдения, стоящие перед домом, и с их помощью удалось выяснить, что девочка была сбита машиной, после чего увезена в неизвестном направлении…»
Поверх голоса журналиста наложили видео с камеры: Рохи выбегает из дома, после чего на нее наезжает машина. Чуть погодя из машины выходит Мёнчжун, кладет ее в салон и уезжает с места ДТП. Видеовставка закончилась, на экране снова появились лица ведущих.
«– Со стороны может показаться, что ребенка забрали, чтобы скрыть ДТП. Или причина какая-то другая? Что по этому поводу думает полиция?
– Камера видеонаблюдения зафиксировала лишь точное время, когда это произошло. Но кем был этот мужчина – сам убийца, его сообщник или вообще посторонний человек, – точно утверждать пока нельзя. Полиция сообщила, что рассматривает все эти версии.
– Да уж, это дело заставляет нас всех сильно переживать и тревожиться… Если я правильно понимаю, пошел уже пятый день с момента исчезновения девочки?
– Вы правы. Чтобы не провоцировать преступника и тем самым обеспечить безопасность ребенка, полиция все это время вела закрытое следствие. Но поскольку дело затянулось и по горячим следам раскрыть его не удалось, то было принято решение предать этот факт огласке и сделать расследование публичным.
– Пропавшая дочь профессора, какой она была?..»
Мёнчжун смотрел на вперившуюся взглядом в телевизор Рохи и волновался, как она воспримет рассказ о себе, но по неподвижному лицу невозможно было догадаться о ее мыслях. На экране замелькали другие изображения девочки: вот она дает интервью новостному каналу, вот занимается мечевым боем, вот стоит на пьедестале. Фотогалерея сопровождалась голосом журналиста за кадром:
