И тут Мёнчжуна осенило. Он подскочил с кровати и чуть не бегом бросился к столику у зеркала. Там стоял компьютер – даже в таком мотеле, как у них, таковой имелся, пусть и старенький. Компьютер очень долго прогружался, но, наконец, запустился, и появился выход в интернет. Мёнчжун лихорадочно просматривал ленту новостей, меняя поисковые запросы. Колесико мышки щелкало без устали. Лицо Мёнчжуна, просматривающего статьи, было очень сосредоточенным. Рохи даже стало интересно, чем он так увлечен. Она поднялась с кровати и стала у него за спиной. Мёнчжун немного отодвинул стул, чтобы девочка тоже могла сесть: прямо семейная идиллия – отец с дочкой на коленках… И тут пощелкивание колесика прекратилось.
– Вот оно!
В статье, которую нашел Мёнчжун, говорилось, что буквально за день до убийства, то есть 20-го числа, профессор Чхве Чжинтхэ подал заявку на демонтаж камер наблюдения.
– Это нам зачем?
– Сама подумай: твой отец двадцатого просит снять камеры, а я тебя сбиваю двадцать первого, когда ты выбежала из дома. Получается, что и машину охранной конторы ты двадцать первого видела. Так, может, убийцей и был тот техник, который видеонаблюдением занимается? Он-то точно знал, что камер уже нет.
Рохи смотрела на него удивленно, потом неожиданно положила руку ему на плечо – ее переполняли чувства.
– Ну наконец-то… Мозги свои начал по-человечески использовать. А я все никак в толк взять не могла, зачем они тебе приделаны…
Девочка на радостях обняла Мёнчжуна, но тот от комплимента не расцвел – отстранил от себя, на секунду задумался, а потом с трудом произнес:
– Пойду сдаваться полиции.
– С чего вдруг?
– Дальше нам самим уже не справиться. Поймать настоящего преступника – дело нелегкое. Я сдамся и расскажу, что подозреваю мастера из охранной фирмы. А ты расскажешь то, что видела. – Мёнчжун сидел с таким лицом, будто на него уже надели наручники.
– Стой, подожди, – девочка выставила руки, словно удерживая его на месте. – Ну пойдем мы в полицию, расскажем – и что? Думаешь, они нам поверят? Малолетке, потерявшей память, и ее похитителю?
А пожалуй, что и верно… Вряд ли в полиции ему скажут: «Конечно же, ты не убийца, ты просто ребенка похитил». Особенно когда увидят, что он раньше привлекался, а главное – по какой статье… Нет, они его тут же арестуют, а заодно и прессу успокоят: «Все прекрасно, дело раскрыто». С другой стороны, скрываться до бесконечности он тоже не может…
– Ну и что ты предлагаешь?
– Да есть у меня одна идея… – Рохи усмехнулась; ведь Мёнчжун пока не догадывался, насколько странная мысль пришла ей в голову.
Чонман сидел в кафе, то и дело дергая запястьем, чтобы посмотреть на часы. До встречи оставалось еще минут пять, но он все равно переживал, что сегодняшний день тоже пройдет впустую. С тех пор как он приехал в Масан, ничего сто́ящего так разузнать и не удалось. Ему уже порядком надоело звонить Санъюну и сконфуженно извиняться за отсутствие результатов. Но сегодня будет что доложить начальству! Поскольку медцентр «Надежда» закрылся очень давно, то к настоящему моменту ни в Национальной корпорации медицинского страхования, ни в Корейской ассоциации врачей никакой информации о нем не сохранилось. По счастью, Чонману удалось разыскать одного старика, сын которого женился на медсестре, работавшей в то время в этой клинике. Медсестру звали Мин Вонсук. После свадьбы они с мужем перебрались в Америку, но буквально два месяца назад сына снова перевели в Корею, так что они оба вернулись домой. Теперь, правда, их семья жила не в самом Масане, а неподалеку от него – в соседнем Ульсане. После долгих уговоров Чонману все-таки удалось выпросить у старика номер телефона невестки и договориться с ней о встрече. Так что, можно сказать, в этом плане ему сильно повезло, тем более что женщина как раз собиралась в Масан проведать свекровь и могла бы заодно встретиться с ним где-нибудь в кафе.
Теперь инспектор в нетерпении вытягивал шею, высматривая в окно, когда придет его свидетельница. Наконец он встретился глазами с женщиной, идущей к кафе по пешеходному переходу. Ей было уже сильно за пятьдесят, при этом ее фигура сохраняла стройность, а одежда была очень элегантной. Женщина догадалась, кто ее ждет, с улыбкой кивнула и направилась к Чонману. Полицейский протянул ей свою визитку и предложил сесть.
– Позволите угостить вас кофе?
– Да, спасибо. – Ее улыбка была очень приятной.
Чонман подошел к стойке, сделал заказ и вернулся за столик. Некоторое время они вели светские разговоры из серии «спасибо, что пришли», «неужто вам аж в Масан выбраться пришлось?» и «до чего же этим летом погода жаркая!». Но как только им принесли чашки и женщина сделала первый глоток, Чонман перешел к главному. К счастью, Вонсук хорошо помнила тот случай, хотя и была не хирургической медсестрой в операционной, а патронажной из гинекологического отделения.
– Случай был, конечно, из ряда вон, такое точно не забудешь… Как же того мужчину звали? Пак Чхольмин? Или Ким Чхольмин?
