— Ну, говорила я? — наконец сказала Эляна. — Будет гроза!
— А я думаю вот там — видишь, на берегу речки, где песок — разжечь костер.
— Нет, нет, не надо костра. Здесь же запрещают жечь огонь. Здесь лес, понимаешь?
Но Эдвардас не слушал Эляну. Он бегал по траве, собирал хворост, прошлогодние шишки и обсохшие веточки сосен, принес упавшее с дерева синее шелковистое птичье гнездо и все это свалил на песок. Жаркий, почти невидимый огонь затрепетал на сухих сучьях, и вдруг забил вверх густой желтый дым. Присев на корточки, они смотрели в огонь. Эляна зеленой еловой веткой управляла горящим костром. Снова сверкнула молния. Загремел гром, и, подняв головы, они увидели громадную черную тучу, которая уже обложила южную часть неба. Деревья в лесу все еще стояли неподвижно, как бы затаив дыхание, и кругом дрожало жаркое марево.
— Нас застанет гроза, — сказала Эляна.
— Мне теперь тоже так кажется. Но смотри — здесь тропинка, она, наверное, ведет к жилью, — сказал Эдвардас, только теперь заметив утоптанный мох и дальше — утрамбованный босыми ногами песок. — Надо потушить огонь, и тогда посмотрим, куда поведет нас тропинка.
И он быстро и ловко принялся за дело. Эляна удивилась, как быстро Эдвардас завалил песком костер. Она носила в пригоршнях воду из речки и поливала дымящие головни. Эдвардас кидал на них песок, пока огонь не был потушен.
— Меня всегда волнует огонь, — сказала Эляна. — Может быть, и наши праотцы ему поклонялись потому, что он очищает землю: в огне сгорает все, что умерло, высохло, в чем больше нет жизни.
Снова блеснула молния, словно разрубая небо пополам, коротко ударил гром, эхо прокатилось по лесу. Черная, темная, как ночь, туча висела уже над головами. Жутко зашумел лес, упали первые, холодные, крупные капли, и снова все смолкло. В просветы между елями и соснами туча, обложившая весь край неба, казалась темно-синей, и в левом ее углу от неба к земле зигзагом пробежала молния. Наконец дождь хлынул целым потоком, в лесу стало почти темно. Накинув плащи, Эдвардас и Эляна бежали по лесной тропинке. Под широкими лапами елей дождь хлестал не так сильно. Но молнии все еще рассекали небо острыми длинными мечами, — казалось, невидимая рука чертила на черной мраморной доске непонятные письмена. Эляна сняла туфли, взяла их в руки и тихо притаилась в темноте под большой елью.
— Нет, нет, пойдем дальше. Здесь где-то должна быть деревня, — сказал Эдвардас. — Ты не боишься?
— Страх не поможет, — просто ответила Эляна. — Иди сюда, под ель, а то промокнешь.
— Нет, пойдем дальше.
Эдвардас и Эляна вышли из-под укрытия и побежали по тропинке. Тропинка вскоре превратилась в небольшую дорогу, на которой отчетливо виднелись следы колес. Перед ними открылся лесной луг. На лугу стояли копны сена. Подставив дождю спину, спокойно паслась пестрая корова.
— Видишь, я был прав, здесь должны быть люди, — сказал Эдвардас.
— Только никого что-то не видно…
Дождь лил с неба неудержимым потоком, на лугу около копен уже собралась большая лужа. По дорожке прыгали капли, и мутная вода неслась куда-то вниз. На другой стороне луга Эдвардас и Эляна увидели дощатый сарай. Они перебежали луг. Дверь сарая легко открылась, и они наконец очутились под крышей. Половина сарая была завалена сеном, а в другой лежал инвентарь — грабли, лопаты, борона, плуг, даже, неизвестно для чего, ось телеги с двумя колесами. Они уселись в углу на сухой плетеной циновке. От бега оба запыхались и согрелись. С Эляны струями стекала вода. Эдвардас отряхнулся и провел рукой по мокрым волосам.
— Вот так приключение! — сказал он со смехом. — И самое интересное, что мы в этом сарае можем просидеть до вечера. Откровенно говоря, я бы не прочь поесть. А ты как?
— До вечера дождь перестанет, — ответила Эляна. — Грозовые тучи быстро проходят. Но обсушиться не мешало бы. Я вся промокла.
— И у меня голова промокла, как веник, — сказал Эдвардас.
Теперь он был какой-то особенно забавный и милый. Эляне хотелось его поцеловать, но она не решалась.
Дождь действительно быстро прошел. Молнии сверкали уже далеко, где-то над Неманом. Эдвардас открыл дверь, и они увидели справа ясную, синюю полосу неба. Еще капало, воздух стал прохладнее, и кругом все было зелено, удивительно зелено и прохладно. На лугу замычала корова.
— Куда мы теперь пойдем? Все-таки хочется обсушиться, — сказала Эляна, всматриваясь в прояснившееся небо.
— Раз тут корова, значит, и люди должны быть неподалеку, — сказал Эдвардас. — Пойдем.
Они вышли из сарая и, скользя, зашагали босиком по глинистой дорожке. Сквозь сосны засияло небо, и они вышли на опушку, заросшую красным клевером.
— Вот приключение, Эдвардас! Будет о чем вспомнить. Посмотри, а вот и сказочная избушка, — сказала Эляна, показывая на новый деревянный домик с зелеными ставнями, некрашеный, крытый соломой. — Я уверена, что мы здесь найдем добрую лауме[26].
Они открыли калитку и вошли в небольшой двор. Под окнами цвели цветы, дождь прибил их к земле. За домиком виднелся молодой яблоневый сад. Кругом не было ни души.