— Брось, у меня в запасе почти год, — отмахнулась она.
— Ошибаетесь, месть свершается не только тридцатого августа, она может произойти в любой день. Покушение на Катерину было зимой.
— На Катьку покушались? — Андреева вжала голову в плечи. — Откуда это известно? Она сама тебе это сказала? Ты уверена, что ей можно верить? Суханкина еще та придумщица!
— Елизавета Константиновна, я же просила вас помолчать!
— Ладно, — фыркнула та и уставилась в боковое стекло.
Машины между нами одна за другой ушли в разные стороны. Оставшись без прикрытия, «Гранта» стала снижать скорость, в итоге я проехала на зеленый сигнал светофора, а она задержалась на перекрестке. Воспользовавшись своим преимуществом, я решила уйти от слежки. Сначала я свернула во двор, потом выехала на параллельную улицу и, сделав небольшую петлю, направилась к выезду из города. Мне удалось сбросить «хвост», во всяком случае, на всем протяжении Ново-Пристанского шоссе серая «Лада Гранта» ни разу не попалась мне на глаза.
Когда за нами закрылись ворота, Лизавета потребовала:
— Скажи, что ты пошутила!
— Какие уж тут шутки! «Красная лампочка» загорелась, включаем режим ЧС. Никаких самостоятельных поездок в город! Никаких гостей и заказов еды в интернет-магазинах! — Я намеренно сгустила краски, иначе Лизавету было не пронять. — Вы меня поняли?
— Поняла, — кивнула Андреева.
Наверное, мне стоило разговаривать с ней помягче, но ее выкрутасы меня уже достали. Пребывая в беспечном неведении, она подвергала свою жизнь неоправданному риску.
Поставив «Фольксваген» в гараж, я вернулась к воротам и предупредила дежурившего сегодня Виктора, чтобы он не пускал на территорию усадьбы никого из посторонних, кем бы они ни представлялись, пока я не дам на это свое разрешение, а также попросила почаще делать обход территории.
— А что случилось-то? — поинтересовался он.
— Ничего. Стандартные меры безопасности. Я буду следить за их соблюдением.
— Я понимаю, ты Степана спасла, Генку пиротехнику изготавливать научила, вся из себя такая крутая… Только ведь я тебе не подчиняюсь, — закочевряжился сторож. — Чего ты раскомандовалась-то?
— Дмитрий Борисович, если ты не в курсе, дал мне такие полномочия. Хочешь и дальше здесь работать — придется меня слушаться. Когда был последний обход территории?
— Час назад, — ни секунды не раздумывая, ответил Виктор.
— Через час повторить. Я проверю. — Я оглянулась на теплицу, около которой копошился Степан.
— Ладно, — нехотя произнес сторож.
Я подошла к садовнику и поинтересовалась:
— Степан, скажите, как, по-вашему, можно попасть на территорию через пруд?
— Исключено! На лодке ли, вплавь ли, по-любому в воронку посередине затянет. А кованый забор, который скоро там поставят, он скорее для эстетики.
Меня интересовало компетентное мнение именно Степана, который работал здесь дольше всех, и я его получила.
— Ясно. Спасибо. — Я направилась к дому.
— Что это с Лизаветой сегодня случилось? — спросила Надя.
— Не знаю, — пожала я плечами. — Насколько я поняла, для нее резкая смена настроения — это нормально.
— Так-то оно так, только хозяйка поинтересовалась, где я продукты купила, из которых приготовила ужин. Я сказала, что овощи наши, из теплицы, а мясо, молоко, сыр, яйца — все это фермерское. Сколько я здесь работаю, столько у одного здешнего фермера все и покупаю. Лизавета во все кастрюли и сковородки заглянула, понюхала, хорошо, еще не попросила пробы при ней со всех приготовленных мною блюд снять. Мне показалось, ей стукнуло в голову, что я собираюсь ее отравить. Что я не так сделала? В чем провинилась? — У поварихи на глазах проступили слезы обиды.
— Надя, успокойся, дело совсем не в тебе. Мы сейчас ехали сюда, слушали в машине радио, в новостях сказали, что несколько тарасовчан получили пищевое отравление, купив продукты в одном гипермаркете.
— В каком?
— Не переживай, поблизости его нет.
— Значит, дело не во мне? — Надежда повеселела. — А то уж я подумала, она на меня за что-то взъелась.
— Конечно, не в тебе. — Успокоив повариху, я направилась в свою комнату.
Надо сказать, я уже привыкла к ее кукольной обстановке, а в кресло-грушу просто влюбилась и даже подумала о том, чтобы приобрести такую удобную вещицу домой.
После ужина, во время которого Елизавета Константиновна не проронила ни слова, я прошлась по территории, затем поднялась к себе. Андреева была тут как тут, она словно караулила меня у двери своей комнаты.
— Значит, так, Женя! — сказала она, расположившись в одной из груш. — Сейчас ты мне все по порядку расскажешь, про Катьку и про всех остальных, причем без купюр. Я должна знать все от и до.
— Что ж, если желаете знать подробности, я доведу их до вас.
— Я вся — внимание! — Лизавета закинула ногу на ногу.
— Вам говорит о чем-нибудь такая фамилия, как Букреев?
— Да, я когда-то ее слышала, но если честно, то не помню, где и при каких именно обстоятельствах.
— Вероятно, вы слышали об этом человеке от Дениса Зиновьева. Это именно он впервые показал Дэну-старшему подземный Тарасов, снабдил его подробным планом коммуникаций…
