Пожар на обломках башни разгорелся вовсю, но быстро пошел на убыль. Горючего материала больше не осталось. Сверху, как черный снег, медленно падала копоть.
Вокруг догорающих обломков башни собралась толпа.
– Вот и развлеклись, – вздохнул Делья.
Норман поднялся на ноги.
– Ты меня спас, – сказал он Райсу, – и я твой должник.
– А, не стоит, – отмахнулся Райс.
– Кто это? – спросил один из гномов, Библь, с обычной гномьей непосредственностью указывая пальцем на Райса.
– Я думаю, это новый житель нашего форта, – ответил Командор. – Он только что прошел испытание.
– Командор, – послышался из толпы неуверенный голос Нокара, – так это он развалил нашу башню? Даже если он великий маг, я бы не стал приглашать его жить у нас…
– Строить надо было лучше, уважаемый Нокар, – зло ответил Норман, безуспешно пытаясь стряхнуть с одежды копоть и пыль.
В одну из суббот, когда никто не работал, а пиво в трактире лилось рекой, поселение огласили громкие крики. Они доносились с площадки для боевой тренировки.
Как обычно, на открытой площадке собирались жители, чтобы поработать с холодным оружием. Те, кто не умел владеть мечом или ножом, могли освоить нужные в бою приемы, а воины, хоть и посмеивались над неумехами, не отказывались поучить других, а заодно использовали такие сходки как тренировку. Но время от времени у кого-нибудь съезжала крыша, и он начинал чудить. Такого обычно приходилось усмирять всей толпой.
Райс за несколько дней уже успел стать своим человеком в форте, поэтому он бесцеремонно протолкался сквозь толпу.
– Долговязого, Долговязого не пускайте! – кричали кругом.
Свен по прозвищу Долговязый жил в Лихой, а потом перебрался со всеми в форт. Но знали его только по прозвищу. Его рост и простоватый ум ничего другого и не предполагали.
Долговязый и так-то не подарок, а, напившись пива сверх меры, бывал страшен вдвойне. Обычные военные упражнения действовали на него как красная тряпка на пьяного огра. Ворвавшись в гущу фехтующих людей, он исполнял какой-то замысловатый танец, крутя над головой мечом, почти таким же длинным, как и он сам, не обращая никакого внимания на окружающих. Ему не нужен был противник, он просто дурачился, но в запале ему ничего не стоило выбить глаз тому, кто оказывался рядом. Поэтому его старались держать подальше от боевых игрищ, а тут не уследили, и он прорвался в самый центр боевой площадки. Вокруг него сразу образовалось пустое пространство. Долговязый оттягивался по полной программе. Махать мечом в одиночестве ему скоро надоело, и он начал искать, с кем бы схватиться. А это уже было опасно вдвойне.
– Ну, идите, идите сюда! – орал он, крутя над головой клинком.
– Сейчас убьет кого-нибудь, – послышался голос в толпе.
Райс оказался ближе всех к Долговязому и решил не ждать, пока кого-нибудь убьют или искалечат. Выждав момент, когда лезвие меча двигалось от него, он бросился вперед, обхватил Долговязого за талию и свалил на землю.
– Ты… – хрипел Долговязый. – Я тебя… Отпусти…
При этом он старался замахнуться из-за головы мечом и достать Райса.
Райс наступил коленом ему на грудь, схватил за воротник, а другой рукой вывернул кисть. Долговязый замолчал. Хватая открытым ртом воздух, он извивался как рыба на крючке. Меч он уронил.
– Отпусти его! – послышался голос сзади, но Райс в пылу борьбы не обратил на него внимания.
– Ты его задушишь! Отпусти! – вновь послышался голос, и Райс почувствовал, как кто-то сильно потянул его за волосы.
Это было больно, и Райсу пришлось запрокинуть голову вверх. Первое, что он увидел – наклоненное над ним лицо девушки, обрамленное золотистыми локонами.
– Отпусти его, придурок! – требовательно повторила она.
Держала она его за чуб крепко, и Райс, осознав глупость происходящего, разжал кулаки. Долговязый остался лежать на земле пластом. Весь его запал прошел. Девушка в свою очередь, отпустила шевелюру Райса, и он смог встать.
Райс недовольно огляделся. Народ вокруг, как и следовало ожидать, наслаждался представлением. Большинство зрителей ухмылялись.
– Придурок не я, а этот тип, – буркнул Райс. – Он запросто мог кого-нибудь убить.
– Ты его не знаешь, так и молчи, – ответила девушка. – Свен никому еще вреда не причинил.
– А ты его жена или сестра, что ли? – спросил Райс.
– Я Айрис, – обиженно ответила девушка. – Не жена и не сестра. Просто я не люблю, когда так душат.
И она вздернула подбородок.
Айрис нельзя было назвать красавицей – среди деревенских девушек настоящая красота встречается редко, скорее, симпатичная. Ее волосы при внимательном рассмотрении имели не золотистый, а темно-соломенный цвет. Некоторым такой оттенок нравится даже больше. Нос немного широковат для красавицы, а еле заметная горбинка на нем свидетельствовала о сильном характере. Зато подбородок не был таким тяжелым и округлым, какой часто встречается у селянок. Нет, подбородок у Айрис казался достаточно изящным, узким, но имел небольшую ямочку. Руки сильные, они вполне соответствовали характеру.
