— Скажу прямо: я понятия не имею, что у вас тут происходит, но сестра у меня одна, — чётко чеканит каждое слово та. — И она отдала недвусмысленную команду убедиться, что у Лян Вэя нет и не будет проблем. Если Ли Миньюэ сказала, что есть человек, который помогает ей быть в тонусе и эффективнее решать семейные дела, то в моих интересах её послушать. Пусть на самого человека мне наплевать, но если он нужен сестре… — она с нечитаемым лицом щёлкает меня по лбу.
Что это было?
— Всё уже под контролем, — холодно комментирует Бай Лу.
— Возможно, — сухо парирует Ли Джу. — Пока Миньюэ не на связи, я не могу ей дозвониться, чтобы обо всём сообщить и получить новые инструкции. К тому же я первая приехала выручать Лян Вэя.
— Ну, как бы он сам без тебя и меня бы справился, — бормочет Бай Лу.
Входим в вестибюль. Комендант, дремавший над утренней газетой, поднимает глаза. Заметив двух непростых дам (и их брендовые наряды), он мажет взглядом по мне и демонстративно погружается обратно в чтение. Старик Хэ Пин за годы работы прекрасно научился чувствовать, когда стоит требовать деньги, а когда лучше не высовываться.
Поднявшись на второй этаж, стучу в дверь своей комнаты. Почти мгновенно её открывает До Тхи Чанг, одетая в до боли знакомую футболку. Моим спутницам тоже понятно, кому принадлежит одежда — читается по их лицам.
Не выказывая удивления при виде разномастной компании, вьетнамка отступает в сторону, пропуская всех внутрь. Боковым взглядом вижу, как Бай Лу мгновенно осматривается, задерживаясь на двух незастеленных кроватях. Занятно: она расслабляется, даже глаза на мгновение прикрывает.
Заметив на себе мой взгляд, модель говорит:
— Твоя гостья, конечно, та ещё неряха. Могла бы и постели застелить, — она окидывает критическим взглядом иностранку. — Но вопросы кто с кем спал сразу отпадают.
— Эй! Я вообще-то всё слышу! — возмущается вьетнамка, скрещивая руки на груди.
— Промашка вышла, — Бай Лу задумчиво почёсывает за ухом, но остаётся невозмутимой. — Я думала, вы только на английском общаетесь.
— Может, чаю? — пытаюсь разрядить обстановку. — В конце концов, если уж и знакомиться, но не в такой обстановке.
— Буду признательна, — кивает Бай Лу, опускаясь в кресло и закидывая ногу на ногу.
За чаем я представляю До Тхи Чанг остальным и кратко рассказываю, как выбрался из участка, не дожидаясь понедельника. Её китайский не настолько хорош для свободного общения на абстрактные темы, поэтому переходим на английский.
Бай Лу пьёт, удерживая чашку кончиками пальцев, Ли Джу вертит в руках печенье, а До Тхи Чанг сидит в кресле, подобрав под себя ноги:
— Урод отпускать меня не хочет, — вьетнамка подливает чай исключительно в свою чашку. — Уже даже из посольства звонили — всех через столицу напряг. Спрашивали, что случилось, похитили меня или нет.
— Что ответила? — интересуюсь без эмоций.
— Сказала, что в порядке и попросила забыть мой номер. Думаю, надежное подтверждение, что у меня всё хорошо.
— Лян Вэй, я могу задать ей несколько вопросов? — Бай Лу аккуратно возвращает чашку на блюдце.
— Спрашивай. Но отвечать или нет, она сама решит.
— Личный вопрос, — не сводя глаз с собеседницы, модель подается вперед. — Чего тебя так ищут? Даже в розыск подали. Ты же обычная девушка, которая отшила кавалера. На мой взгляд, ничего криминального, все мы когда-нибудь кого-то отшиваем.
— Не могу не согласиться, — Ли Джу кивает, отпивая глоток чая и промокая губы салфеткой…
— … Но так, как тебя — всеми правдами и неправдами — никто никого вернуть не пытается, — припечатывает Бай Лу. — Правды меня не касаются, это вообще не моё собачье дело, а вот что касается неправды… Лян Вэй — мой партнер по бизнесу, я хочу понимать, что с моим партнёром происходит.
Её взгляд снова скользит по двум спальным местам, задерживаясь на кровати с дамской сумочкой и полотенцем.
До Тхи Чанг обхватывает чашку обеими руками, словно греясь:
— На меня ему наплевать, он любит деньги. И из-за того, что я сбежала, сейчас он каждый день теряет очень крупные суммы.
— О каких деньгах речь? Ты ничего не рассказывала, — обращаюсь к ней.
— Да как-то всё не было подходящего момента, — До Тхи Чанг опускает глаза в чашку. — Боялась, вдруг ты заднюю дашь. Не с порога же заявлять, что у сына министра экономики свой контрабандный бизнес с Китаем, а на мне — оформление документов.
Мы втроём замираем, уставившись на вьетнамку.
— Что за бизнес? — Ли Джу озвучивает интересующий каждого вопрос. — Можно подробнее?
Вьетнамка усаживается поудобнее:
— Если не знали, девяносто процентов животноводческой контрабанды поступает к вам от вашего северных соседей. И это примерно пятнадцать процентов вашего внутреннего рынка, что, на минуточку, многие тонны в месяц, во всяком случае говядины. Покрываются объёмы контрабандным мясом и субпродуктами через Вьетнам.-
