— Тот самый вьетнамец. Сообщил обо всём, лёжа на больничной койке,.
На лице Бай Лу проступает тревога.
— Правда, допущено много несколько неточностей, — продолжает Бай-старший, — потому что показания были даны сразу после наркоза. Переводчик не смог разобрать некоторые слова и даже предложения.
— А наркоз здесь причём? — модель возвращается к столу, за которым сидит отец. — Ты же говорил, Лян Вэй всего лишь разбил ему нос и выбил зуб или пару? С челюстью что-то ещё незначительное.
— Зачем ему наркоз дали, мне тоже непонятно, — Бай Гуан откидывается на спинку кресла. — Предполагаю, вьетнамец оказался очень буйным пациентом и затеял всех там доставать — характеристики в его адрес весьма однотипные. А врачи таких не любят. По регламенту он должен оставаться в больнице трое суток, а чем больше дней он будет без сознания, тем спокойней нашей медицине. Больше спит — меньше болтает и не буянит.
— А на сколько в принципе законны показания в таком состоянии? — Бай Лу присаживается на край кожаного дивана.
— Ну, если он стал свидетелем серьёзного преступления, а похищение людей оно и есть, то формально обязан подать сигнал в любой форме и как можно скорее, — отец достаёт из лакированной коробки сигару. — Значения не имеет: устно, письменно, азбукой Морзе, под веществами или в рассудке — тут важно быстро отреагировать. Смотри: допустим, ты видишь, как террористы обливают строение горючкой и собираются поджигать людей внутри. Имеет значение, ты заплетающимся языком будешь это сообщать полиции или вообще азбукой глухонемых?
— Поняла, — модель машинально поправляет платиновый браслет на запястье. — Иногда важнее скорость сообщения, чем всё остальное. И что с заявлением о похищении?
— Да ничего, — Бай Гуан пожимает плечами. — Сотрудник, принявший вызов, передал по команде. Потому что у полиции при виде таких заявлений алгоритм один: свалить дело со своих плеч куда угодно, хоть на пожарников, лишь бы снять с себя лишнюю работу. Тем более, тут похищение иностранки — сам бог велел сбросить на Министерство общественной безопасности, их подведомственность чистой воды. Ещё и вьетнамец тот не с общегражданским паспортом заехал.
— Теперь будет труднее помочь Лян Вэю выбраться?
— А зачем ему помогать? У него всё в порядке, — отец стряхивает пепел в хрустальную пепельницу.
—???
— Как только обращение зарегистрировали, во все стороны пошла волна, — Бай Гуан выпускает очередное облако дыма. — Я не сотрудник, но какая-то общая система наверняка существует, куда же без неё. Те, кому ситуация по профилю, очень быстро отдали общую команду «отставить» — вопрос под контролем, конкретный человек тоже, всё в порядке. Предполагаю, МБК очень быстро провели собственное дознание и всё выяснили.
— Как?
— Когда надо, они умеют работать быстро и точно. У нас на один угол приходится десять камер, от распознавания лица не спасает даже медицинская маска, — отец откладывает сигару. — Потерявшуюся вьетнамку нашли через десять минут — уличное видеонаблюдение показало. По городу она передвигалась с твоим товарищем абсолютно добровольно, а когда Лян Вэя увезли, ещё долго стояла на улице и смотрела вслед, хлопая глазами.
— Хм.
— Кроме прочего, она попала в нагрудные камеры полицейских, затем потопталась на тротуаре и сама, без принуждения, пошла обратно в здание с ключами в руках. Там более чем очевидно, что никто её не похищал. Просто потому, что твой товарищ уехал в обезьянник до утра, а девица остановилась в его комнате — трассировка телефона.
— Спасибо, отец, — Бай Лу склоняет голову в традиционном жесте уважения.
— Чего ты так распереживалась? Неужели обычная благодарность за тот случай на вечеринке? — в голосе Бай Гуана сквозит лёгкая ирония.
Лицо дочери, тренированное работой в модельном бизнесе, остаётся бесстрастным — уловить её эмоции практически невозможно.
— В модельном агентстве он зарекомендовал себя как надёжный работник, — Бай Лу встаёт с дивана. — К тому же, выручил меня в кое-каких делах. Было бы неправильно оставить его без поддержки в ситуации, когда он не был не прав.
Сразу после разговора Бай Лу покидает роскошные апартаменты и спускается в подземный паркинг, где её ждёт Tesla. Она не понаслышке знает, что на выходных полиция будет всячески затягивать расследование, если их не подтолкнуть к действию. А уж это вполне в её силах.
Электрокар бесшумно скользит по улицам утреннего Пекина. Дорога до районного отделения полиции занимает чуть больше получаса — даже в выходной центр города загружен транспортом. Припарковав машину на платной стоянке, Бай Лу направляется к широкому пешеходному переходу, отделяющему её от серого здания полицейского участка.
Светофор мигает, красный сменяется зелёным, целая толпа пешеходов устремляется через дорогу. На высоких каблуках она уверенно лавирует между людьми. Впереди движется какая-то девушка, уткнувшаяся в телефон и явно никуда не спешащая. Пытаясь обойти препятствие, Бай Лу резко шагает влево и практически врезается в идущего навстречу молодого человека.
— Лян Вэй? — она удивлённо замирает, узнавая знакомое лицо.
