— Госпожа Сим, у меня сейчас нет ничего, что я могу вам пообещать, кроме своего обаяния и умения общаться, — обезоруживающе улыбаюсь. — Я студент университета Цинхуа, факультет политологии. — Знающему подстрочник ясен, она наверняка из таких. — Чтоб проверить, достаточно зайти на сайт вуза, в список первокурсников. Я уверен, однажды мы с вами встретимся как коллеги по ремеслу…
— Да ну?
— Ну да. По одну или по разные стороны баррикад — лично мне хотелось бы иметь какой-либо задел в наших отношениях на тот случай.
— Аха-ха! — сдержанно веселиться чиновница, откидываясь на спинку кресла. — Когда вы, господин Лян, окончите этот без сомнения известный университет, я уже сто лет как на пенсии буду!
— С каких кочерыжек⁈ — побольше искреннего удивления, развести руками из положения сидя.
— Вы мне в сыновья годитесь! Мне сорок пять!
Есть контакт.
— Не смею спорить, хотя наблюдаю двадцатипятилетнюю фемину, каким-то волшебным образом прорвавшуюся в руководство департамента, — такие вещи всегда нужно говорить твёрдо — тогда работает из вариантов.
— Пха-а-а-ха-ха-а!..
— Впрочем, если эта двадцатипятилетняя, притворяющаяся сорокапятилетней, хочет пораньше на пенсию, — выдержать паузу. — И каким-то образом разрулила вопрос с документами в родном здании.
— А-а-ха-ха-а!..
— … кто я такой, чтобы срывать чужую маску инкогнито. Если молодая женщина хочет вторую часть молодости посвятить себе, а не дурацкой карьере.
— Уф-ф, — чиновница вытирает глаза рукавом.
— Потому я бы не исключал, что женщина на той стороне стола от меня даже с молодым мной вполне может пересечься в будущем. А сейчас у меня к вам лишь одна просьба — если можете, пожалуйста, помогите. Мы не справляемся сами, а дело богоугодное, простите за пафос.
Лицо госпожи Сим твердеет:
— Слышала я про ваш случай, — задумчиво и многозначительно роняет она. — Дайте пару минут.
Хозяйка кабинета берёт телефон и переходит на корейский. Мы с Ли Миньюэ переглядываемся. Мне сложно понять, о чём речь, но, судя по глазам моей напарницы, надежда найти дядю ожила с новой силой.
Закончив разговор, Сим Хеджу обращается к нам на английском:
— Возможно, я не должна этого говорить, но… — она колеблется. — Ваш дядя находится на предварительном лечении в психиатрической клинике. И есть основания полагать, что эта принудительная изоляция может быть недобросовестной.
От услышанного Ли Миньюэ теряет дар речи. Я же не сказать, что удивлён.
— Если что, вы этого от меня не слышали, — продолжает чиновница.
— Как бы вы советовали нам поступить? — быстро уточняю по горячим следам. — Наверняка есть варианты, нам неочевидные, но вас из-под удара выводящие. Пожалуйста, помогите мозгами? Мне не хватает ума и опыта, тем более, спутнице.
Надеюсь, соотечественница сейчас не ринется дезавуировать мои заявления в эмоциональном порыве борьбы за правду.
— Свой МИД можете сориентировать, — отвечает кореянка тихо. — У ваших однозначно есть наработанный шаблон, в частности, у второго и третьего секретарей вашего посольства. — Дальше она повышает громкость. — Я сделала всё, что в моих силах! И спасибо за комплимент, господин Лян, вы меня повеселили! — затем снова почти шёпотом. — Телефонами не обмениваемся, у вас есть контакт посредника.
— Да, конечно. Благодарю вас.
— Если вдруг не справитесь, — вздыхает она, — можете ещё раз постучаться.
— Благодарю. — Встать и церемонно поклониться почему-то кажется правильным. — Очень вам признателен и обязан.
— Скажите спасибо своей светлой голове и тем, кто вас учил, молодой человек.
Чёрт, напоминать, что я первокурсник, будет сейчас методически неверно.
— Если всё, что вы наговорили, сбудется, и мы с вами действительно встретимся официально, искренне верю — мы впишем какую-нибудь важную страницу в историю отношений между нашими министерствами, — продолжает хозяйка кабинета. — Удачи в учёбе и в дальнейшем распределении. Я знаю, что в Китае выпускников распределяет государство.
Мы обмениваемся рукопожатием и покижаем кабинет. В коридоре Ли Миньюэ трогает меня за рукав:
— Лян Вэй, а когда ты и чему учился, о чём это она? Ты ведь ещё ни одной лекции не посетил? Занятия даже не начались?
Прикладываю палец к губам и молча выталкиваю спутницу на улицу.
*
Дозвониться в посольство оказывается не так просто, как я предполагал. Мы набираем оба номера, указанных на сайте, но безрезультатно. Один постоянно занят, а на втором никто не берёт трубку, хотя вызовы проходят. И это странно, ведь сегодня понедельник — самый разгар рабочего дня.
Ли Миньюэ устало опускается в кресло моего номера и, тяжело вздыхая, раз за разом набирает номер секретариата. После очередной неудачной попытки она откладывает телефон и прикрывает глаза ладонью:
