Вопреки её ожиданиям, меня сейчас куда меньше заботит отмена планов на вечер. Эта ситуация с внутренней безопасностью выглядит до боли знакомой.
Подхожу ближе, замечая, что пальцы Хуан слегка дрожат, когда она пытается достать из ящика стола бутылку воды:
— Успокойся. Даже если ты не отдашь им деньги, они запись никому не передадут. Процессуального окна нет — даже если они попробуют доложить наверх, ничего тебе не будет.
— Очень хочется верить, — отвечает она с грустной неуверенной улыбкой, делая глоток. — Ты мне нравишься несмотря на возраст, а любая женщина на физиологическом уровне хочет иметь возможность положиться на своего мужчину и доверять ему. Но как профессионал своего дела и офицер Министерства внутренних дел, я понимаю нашу разницу в иерархии государственных служб. Извини, — в голосе мелькает тепло.
Отхожу к окну, глядя на вечерний Пекин, где миллионы огней начинают зажигаться в сгущающихся сумерках:
— Был один случай. Не у нас, в другой стране, — начинаю то, чего предпочёл бы не рассказывать. — Проституция там нелегальна, женщин наказывают штрафом — административная ответственность. И то, больше за пьянку и запрещенные вещества, потому что на чистую голову заниматься такой профессией мало кто сможет. Из них — специфика региона. Стресс, психологическая нагрузка, отсутствие счастливой личной жизни. К тому же, страна патриархальных правил — потом замуж выйти очень сложно.
— Замуж выйти проституткам везде сложно. И у нас в том числе, — комментирует Хуан Цзяньру.
— Речь не об этом. Там этот бизнес всегда крышуется уголовным розыском района. А территориальная структура следующая: управление МВД по городу, в том числе центральный уголовный розыск — своего рода элита сыска. А ещё есть в каждом районе районный отдел полиции. Они могут иметь одинаковые звания, но по должности и иерархии сотрудники районного звена стоят ниже. Майор из городского управления, конечно, майору из райотдела может создать серьезные неприятности. Как в армии — вышестоящий штаб всегда имеет приоритет. Возможно объясняю несколько упрощенно, я не полицейский, стараюсь донести информацию наиболее доступным языком.
— Без проблем, продолжай. Я понимаю.
— Важный нюанс: финансовая полиция, помимо прочего, занимается там расследованием коррупционных преступлений, а законодательство несовершенно. Так что этим же занимаются и безопасность, и ещё кое-кто. Иными словами, между спецслужбами — жесткая конкуренция. А страна богатая: нефть, газ, уран, золото. Есть чем поживиться.
— Откуда ты получил эту информацию? — Хуан Цзяньру прищуривается, пытаясь соединить разрозненные кусочки пазла.
— Можешь считать, водитель-сержант городского управления финансовой полиции лично мне рассказал, — отвечаю, сознательно оставляя пространство для интерпретации. Тем более что так оно и есть. — Так вот, схема. Он забирает на улице проститутку под видом обычного клиента, у него внешность такая, что от бандита или закоренелого уголовника не отличить.
— Это происходило в России? Ты же жил на границе, — Хуан вскидывает брови. — Где ты в семнадцать лет мог столкнуться с такими историями?
— Извини, не спрашивай. — Качаю головой. — Ты же видишь, я не вру.
— Что ты не лжешь, я вижу, — она скрещивает руки на груди, её взгляд становится более изучающим, — но у меня в голове не укладывается, где…
— Сейчас это не имеет значения, — мягко возвращаю разговор в нужное русло. — Просто слушай до конца. Итак, водитель внешне напоминал бандита. В этой стране, кстати, иногда трудно провести четкую грань между полицией и криминальным элементом. — Замечаю, как Хуан собирается сделать предположение, и добавляю: — Нет, не Латинская Америка.
— Хорошо, продолжай, — сдается лейтенант, откидываясь на спинку кресла.
— Приходят они в её съемную недорогую квартиру и там водитель начинает оказывать психологическое давление. Физического насилия не было, ограничивались вербальными угрозами. Он требовал, чтобы она вызвала свою крышу — всегда же есть кто-то, кто приезжает на помощь, если клиент — неадекват.
— Хм.
— В общем, она звонит и сообщает, что её якобы унижают и избивают. Не проходит и пяти минут, как прибывают сотрудники уголовного розыска района.
— Дальше?
— В том конкретном случае, увидев потенциального дебошира, они рассмеялись. Сперва.
— Почему? — Хуан озадачена, её брови сходятся на переносице.
— Водитель представлял собой довольно комичное зрелище — полноватый коротконогий мужик с характерным животом, нависающим фартуком над ремнем. Но он бывший спортсмен. Во-первых, может больно ударить, а во-вторых, у него всё в порядке с харизмой и самооценкой.
— Потом?
— Сразу после прибытия районного уголовного розыска в точку врывается физзащита финансовой полиции. Проститутку отпускают и начинается разговор с крышей.
— Ух ты. — До подруги начинает доходить параллель.
— Три месяца они действовали по этой схеме, потом город закончился.
— Закончился?
