— Я полностью надеюсь на вашу человеческую порядочность и деловую этику, — спокойно отвечает бизнесмен, глядя вьетнамке в глаза. — Даже если наш магазин полностью прогорит, я лично не пострадаю. Мне очень интересно услышать, что вы ответите в этой ситуации.
— Я не прошу повышения своей доли, — отвечает До ТхиЧанг. — Но правильно ли я вас услышала: торговые площади в вашем микрорайоне, которые я лично обойду и выберу наиболее подходящие, мы сможем застроить под наши магазины? При условии, что все ваши великие инженерные замыслы градостроителя сбудутся в реальности?
— Да, правильно поняли.
— … и на строительство всех этих дополнительных объектов деньги тоже найдете именно вы?
— Да, тоже абсолютно верно.
— Отлично. Последний принципиальный момент. Когда начнется масштабирование проекта — точнее, если оно вообще начнется, потому что я не китаянка и для меня ваши аналитические выкладки относительно планов Центрального комитета КПК не являются прозрачными и очевидными. Так вот, если масштабирование действительно начнется, то аналогичные магазины будут строиться не только в Пекине, но и в других провинциях?
— Этого я пока обещать не могу, — честно отвечает бизнесмен. — Давайте сначала вместе посмотрим, куда именно наша общая идея нас приведет.
— Тогда вот моя обратная связь и встречное условие, — заявляет вьетнамка, кладя ногу на ногу. — Наш первый магазин должен стать настолько премиальным образцом во всех возможных отношениях, чтобы обычный человек вместо того, чтобы вечером пойти в театр или оперу, предпочел прийти именно в наш магазин за покупками.
— Амбициозная задача, — замечаю я. — Интересно, как ты её будешь решать.
До Тхи Чанг бросает на меня взгляд, полный суровой решительности:
— Я пока не знаю, но я прекрасно понимаю, что подобный шанс в моем возрасте, а может быть, и в целой жизни, выпадает крайне редко. Все возможности, которые у меня были до сих пор, я реализовала примерно на девяносто пять процентов.
За время нашей совместной жизни я хорошо изучил характер До Тхи Чанг и понял, что она категорически не склонна к эмоциональным преувеличениям или пустому хвастовству. Эмоции, которые она испытывает и которые приходят к ней в процессе анализа ситуации, она старательно исключает из процесса принятия решений.
Если обычные люди часто чувствуют сердцем (и это серьезно влияет на их выбор), то она эмоциональную связь с мозгом намеренно оборвала много лет назад. Её сердце в принятии стратегических решений практически не участвует. От такого рационального человека, как она, убежденность и уверенность стоят значительно дороже, чем от романтиков, поскольку последние склонны к ошибкам.
— Если бы вы были моей дочерью, я бы предположил, что успешность составляет все сто десять процентов, — отвечает Ван Мин Тао.
— Нет, вы же не в курсе деталей моей предыдущей личной жизни, — качает головой вьетнамка. — Знали бы вы, на какого мудака я потратила целых два года. Девяносто пять процентов именно потому, что я совершила серьёзную ошибку в личных отношениях. Но урок усвоен навсегда, подобную ошибку я больше никогда не повторю.
Бизнесмен переводит задумчивый взгляд на меня, затем обращается к небоскребу над нами, где в окнах мерцают огни:
— Кстати, именно так и создаются по-настоящему великие вещи, — размышляет он вслух.
— Когда твоей заветной мечтой является то, чтобы люди всерьёз прикидывали: сходить сегодня в оперу или перенести культурное мероприятие на завтра, чтобы вместо этого сходить в твой мясной магазин — это одна философия бизнеса и один тип предпринимателя. — Продолжает До Тхи Чанг. — А когда мечтаешь исключительно о том, чтобы заработать четырнадцать тысяч долларов чистыми и положить свою долю в карман — это будет совершенно другой магазин, другие люди и принципиально другая атмосфера. И вот по своему многолетнему опыту скажу, что действительно крутые бренды создаются первыми людьми, а не вторыми, — заключает она.
— Осталось решить мелочь — дать четкое определение слову «бренд», — замечаю в сторону.
Вьетнамка поднимает домиком брови:
— Отпечаток в массовом сознании. «Маркетинговые войны» Райса и Траута не читал? Бренд — это отпечаток в массовом сознании.
— Знаете, я теперь даже думаю, что все к лучшему, — широко улыбается бизнесмен. — Я свято считал, что бренд — это…
— Нет, это не этикетка или логотип, — качает головой вьетнамка, угадывая наперед, что хотел сказать Ван. — Многие люди путают бренд с зарегистрированным товарным знаком. Да, они определенно где-то пересекаются, потому что товарный знак — это прямая коммуникационная табличка бренда.
— Ого. Откуда ты маркетинговые термины по-китайски знаешь? — искренне удивляюсь я.
