— В каком плане? — с осторожностью уточняет Чэнь Айлинь, всё ещё не отрывая взгляда от внушительной суммы.
— Везде и во всём должна соблюдаться разумная достаточность, — философски рассуждаю. — Теперь полностью утратился смысл изображать из себя обычного официанта, я больше не могу продолжать работать в ресторане.
— Значит, хочешь уволиться? Не зря у меня было дурное предчувствие, — лицо Айлинь заметно мрачнеет.
Она расстроена, но не удивлена. Всё-таки в последний месяц всё к этому и шло.
— И да, и нет одновременно. Чтобы воспользоваться деньгами, мне нужно их для начала грамотно легализовать. Никто в здравом уме не поверит, что восемнадцатилетнему парню из провинции такую сумму просто подарили из благодарности. Начнутся вопросы и разбирательства, а я хочу этого избежать.
— Я не понимаю, к чему ты клонишь.
— Да, я хочу уволиться, но при этом остаться жить здесь, пока решаю кое-какие вопросы. Меня абсолютно всё устраивает в этом общежитии — и расположение, и условия. Сама видишь, какие возможности теперь появились, — указываю на чемодан. — Я мог бы попытаться выкупить эту квартиру, но не сейчас. Мне нужно время. Давай попробуем договориться?
— Нет, выкупить её ты не сможешь, — возражает администратор. — Это общежитие принадлежит юридическому лицу, а не физическим владельцам. Здесь действуют совершенно другие правила собственности.
— Я всё же рискнул бы и попробовал, но единственное, что меня пока останавливает — это вопрос легализации денег, — размышляю вслух. — Впрочем, эту проблему можно решить за несколько месяцев. Есть кое-какие идеи.
— С такими картонными стенами я уже давным-давно всё про ваш мясной бизнес знаю, — замечает Чэнь Айлинь. — Не парься по этому поводу, я никому ничего не скажу.
Из ванной, где негромко играет музыка, доносится характерное бултыхание воды. Администратор бросает быстрый взгляд на приоткрытую дверь, где сейчас моется До Тхи Чанг.
— Как нам договориться? — продолжаю. — Я благодарен ресторану и в первую очередь лично тебе за предоставленные возможности, но всё — работу официантом я морально перерос, пришло время идти дальше. Раньше у меня была неплохая подработка в модельном агентстве, но я её давно забросил из-за нехватки времени. Учёба, работа в ресторане, всякие поездки — не было когда оглянуться. Хотя платили там действительно хорошо.
— Да-да, про агентство я тоже в курсе, — Чэнь Айлинь многозначительно ухмыляется. — Кстати, тебе с такой собакой-ищейкой в доме теперь нужно быть осторожным. Не то что в агентство не стоит ходить, но даже в обычный магазин за покупками. Пока продавщица на кассе пробьёт все твои пятнадцать позиций, ты весь пропахнешь духами или косметикой. Придёшь домой, а твоя не четвероногая сыщица всё мгновенно унюхает.
— Пожалуйста, не надо так её называть. Вроде бы ничего оскорбительного, нюх у неё действительно ого-го, но всё равно как-то неприятно это слышать.
— Хорошо, извини, — соглашается админ.
— Давай вернёмся к основному вопросу. Я не хочу съезжать отсюда. По крайней мере в ближайшее время. Есть какие-нибудь варианты порешать?
Чэнь Айлинь задумчиво запускает ладонь в тёмные густые волосы.
Если она не отказала сразу, значит, мы сможем что-нибудь придумать.
— Ладно, есть один вариант, — наконец произносит она. — Я могу раскидать твою зарплату по остальным официантам, но ты обязан в начале каждой смены приходить отмечаться под камерами в комнате персонала. Потом по окончании рабочего времени проходить под камерами для отчётности. Извини, но у меня есть только такой вариант. Я не хочу вылететь из-за тебя с работы.
Вариант неплохой. Я смогу формально числиться сотрудником, но фактически заниматься своими делами. Несколько минут в день на отметку под камерами — это ерунда по сравнению с полноценной работой.
— Если ты готов отказаться от своих трудовых денег, — продолжает она. — Плюс ещё десять процентов сверху докидывать из собственного кармана, покрывая дополнительную страховку и налоговые отчисления, то именно так и поступим.
— Не проблема, — с готовностью соглашаюсь. — Грубо говоря, моя аренда подорожает всего на сто долларов в месяц. Ерунда. Только я немного переживаю, как бы комендант не настучал, куда следует.
— Я лично зайду к нему, и мы обо всём договоримся, — с полной уверенностью отвечает Айлинь. — Не забивай себе голову лишним, всё будет в порядке.
— Благодарю.
Она направляется к выходу:
— Мне пора. Нужно срочно переговорить с персоналом и урегулировать организационку.
— Подожди, есть ещё кое-что, — останавливаю её.
Администратор выжидающе замирает и наблюдает, как я подхожу к окну, беру с подоконника шёлковую коробочку и протягиваю ей.
— Это тебе. Моя благодарность за всю оказанную помощь. Если бы не ты и твоё участие, меня бы здесь давным-давно уже не было. Спасибо за всё.
Чэнь Айлинь внимательно смотрит на подарок, её лицо вытягивается:
— «Чоу Тай Фук»? — медленно читает она на коробочке известного китайского ювелирного бренда. — Это слишком дорогая благодарность. Я понимаю, что теперь у тебя есть деньги, но я ни на что подобное не рассчитывала и не претендовала.
