Недолго пришлось радоваться Еньке, недолго пришлось жировать на особых харчах и нежиться с Фросей, недолго и Михайла наслаждался песнями и близостью своего единственного сына. Едва Енька успел сшить Фросе башмаки — один каблук выше другого, чтобы хромота была не очень заметна, — как ему из военкомата нарочный принёс повестку:
Предлагаю сдать в военкомат в 24 часа винтовку с принадлежащими к ней патронами и самому явиться для направления в воинскую часть.
Опять беспокойство в семье Михайлы. Енька сразу похудел. Сгоряча порвал документы, ругался, что новая советская власть не даёт ему спокойно жить дома.
— Какое мне дело до войны и разрухи! Пусть, кому надо, дерутся, а мне своё хозяйство и своя жизнь всего дороже. — Достал из-под карниза припрятанную винтовку, патроны достал. — Не отдам я им патронов, сам израсходую, все до одного выпалю!.. Пойдём, Терёшка; и тебе дам целую обойму, поучись стрелять.
Терёша рад-радёхонек. Вышли в огород, от изгороди до амбара отмерили двести шагов. На воротах амбара углем начертили две равных мишени. Михайла увидел в окно, куда Енька целится, застучал кулаком по крестышу рамы:
— Эй, вы! Не видите, что ли? На воротах крест выжжен, разве можно? Бога побойтесь!..
Енька послушно отнял от плеча винтовку. Мишени углем нанесли левее креста, на стенку амбара, и началась пальба. На выстрелы прибежали ребята, мужики. Турка возмущённо говорил:
— Зачем зря добро переводишь? Весной бы гусей на озере из этой штуки промышлять. Чем амбар-то тебе досадил?
— Не видать мне весны здешней, — повестка пришла…
— Вот оно что! Ну, тогда тем более патроны пригодились бы.
Пули изрешетили две стены амбара. Внутри амбара оказались изуродованные пулями старый двухведёрный самовар и четыре цинковых тары из прянишниковской маслодельни.
— Вот как здорово берёт! Это не то что дробовик! — восхищался Терёша и с гордостью рассказывал ребятам, как приятно стрелять из винтовки, как она здорово толкает в плечо и как долго звенит в ушах от каждого выстрела.
Ему нельзя было не позавидовать. Шутка ли, из настоящей винтовки пять раз пальнул!..
Когда все патроны были израсходованы, Енька спустил ручную гранату в колодец, а винтовку подал отцу.
— Тятя, ружьё отвези в село сам и скажи про меня — дескать, здоровье не позволяет ехать на службу, в поправке сильно нуждаюсь…
Две недели хитрил Енька, больным прикидывался. Придёт Турка или кто другой из соседей, а Енька шмыгнёт за шкаф на кровать, лежит и стонет. Не до песен ему в эти дни было.
Не жизнь — одно беспокойство.
Однажды из волости пришёл милиционер Дробилов, высокий детина с большим шрамом на лице. Обследовав «больного», заворчал:
— Никакой болезнью от тебя не пахнет. Собирайся, а то скоро будет декрет — злостных дезертиров к стенке! Покурить есть?..
— У отца спроси, я не курю.
Михайла на резкость милиционера оказался весьма отзывчив. Высыпав ему в кисет два стакана табаку-самосаду, шепнул:
— Кури на здоровье, да нельзя ли, господин товарищ, ещё сынку отсрочку дать?
— Мне не жалко, пусть «поболеет», — сдобрился Дробилов, но посоветовал съездить в село к врачу, взять справку.
Догадливый Михайла в тот же вечер запряг лошадь в длинные каргопольские сани. Енька лёг в растяжку, овчинным одеялом накрылся. Подъехали к квартире, где жил знакомый Михайле врач. Он долго осматривал Еньку, живот щупал, грудь выстукивал, в рот заглядывал. Сходил на кухню помыть руки и, увидев на столе большой кусок коровьего масла, что положил Михайла, добродушно улыбаясь, сказал:
— Что ж, состояние больного не столь опасно, однако постараюсь написать рецепт.
— Вот и отблагодарствуем, — заискивающе поклонился Михайла, — да будьте добры, печаточку поставьте.
— Можно и печаточку.
Врач ухмыльнулся и, присев к письменному столу, на длинном клочке бумаги неразборчивой латынью написал таинственные слова.
Если бы Енька знал латинские буквы, он прочёл бы следующее:
«Е. М. Чеботарёв — военнообязанный. Пригоден к службе в пехоте и способен к физической работе. Аппетит выше нормального. Умственные способности ограничены в меру. При разговоре с ним выявилось полное отсутствие желания служить советской власти, а посему считаю целесообразным направить в ваше распоряжение с настоящей характеристикой.