Она вернулась в комнату, захлопнула дверь и форточку и села за свой стол. Открыла журнал учета эпизоотических мероприятий, но волнение мешало ей сосредоточиться.
«Как только Иван Петрович решился доверить мне такое важное дело в свое отсутствие? — недоумевала она. — Или Светлана Ивановна настояла? Каким образом она всегда узнает о проблемах внутри коллектива? Да какая разница! — продолжала размышлять Катя. — Скорее всего, ей надо, чтобы коллектив работал без склок и инцидентов. Ведь сорок три человека в штате и все такие разные, недолго и в дрязгах погрязнуть! А она старается этого не допускать».
Катя нахмурила лоб и углубилась в работу.
«Все телята, кроме телят позднего отела, живут в лагере отдельно, под навесом. Без малого восемьдесят голов, — вздохнула она. — Постараюсь всем им сделать сегодня инъекции».
Катя нервно перебирала индивидуальные карточки животных.
Наконец она решилась: «Начну с Марининой группы телят. Управлюсь с ее группой, а там время покажет. В крайнем случае, другую группу телят уколю завтра». Приняв решение, Катя повеселела: «Жары сегодня не будет. Удачный день для инъекций. Да и телятницы мне помогут!»
Она прошла в аптеку, заправила шприц-дозатор лекарством, приготовила необходимый комплект сменных игл, подхватила ветеринарную брезентовую сумку и вернулась в веткомнату.
Взглянула на экран смартфона — время близилось к семи часам утра.
«Чашку чая с конфеткой выпью и вперед! И телятнице Марине не забыть позвонить, чтоб в лагере ждала меня», — Катя подхватила блестевший никелированными боками старинный электрочайник и отправилась в конец коридора за водой.
Через полчаса она на велосипеде, презентованным ей Иван Петровичем на время его отсутствия, подъехала к дощатому дому для отдыха животноводов летнего лагеря крупного рогатого скота.
В доме Катя быстро переоделась в одноразовый ветеринарный костюм, натянула резиновые перчатки, волосы прибрала под косынку, чтобы не лезли в глаза и не мешали работе. Взяла ведерко-контейнер со всем необходимым для проведения инъекций, прихватила тетрадь с ручкой и пошла к двери.
Внезапно к ней вернулся страх, хотя она прекрасно понимала, что процедура в принципе безобидная, очень простая, и она с ней справится.
Кате нужно только точно выполнять дозировку, предписанную врачом.
«А если что-то пойдет не так?! — по ее спине побежали холодные липкие ручейки пота. — Это ведь не единственному теленку укол сделать, а целой группе! Каждого теленка нужно поймать, ввести препарат. Стресса, правда, не должно быть, инъекция подкожная. А вдруг?! Телята, они как дети!»
Наконец Кате удалось взять себя в руки: «Что я, инъекции на практике в колледже не делала? Все у меня получалось хорошо!» — она обреченно вздохнула и направилась к загону с телятами, где ждала заранее предупрежденная о ее приезде Марина.
Телята хаотично гуляли по территории, некоторые отдыхали под навесом.
Катя решилась: «Попробуем загнать с Мариной всех телят под навес, — размышляла она, — и после инъекции каждого теленка пометим белой краской и будем выпускать в загон по одному. Марину попрошу придерживать теленка во время процедуры, делать метку на шкуре специальным маркером и вести записи в тетради. У всех животных бирки в ушах — перепишет их по номерам. Я же буду делать укол и выпускать телят в загон».
Наконец последний теленокбыл отправлен в загон! Катины руки тряслись от пережитого напряжения, едкий пот заливал глаза. «Кажется, отлично для первого самостоятельного раза у меня получилось. И Марина, молодец, не подвела!» — Катя перевела дыхание.
От волнения она плохо запомнила, как дошла до дома отдыха животноводов, где прилегла на лавку, не в силах даже снять одноразовый ветеринарный костюм. Только через несколько минут сумела подняться.
«На сегодня с меня хватит работы на выпасе. Остальным телятам завтра препарат селена введу, — твердо решила она и мазнула пальцем по экрану смартфона. — Ого, время уже за полдень перевалило! А кажется, что вот только прибыла!»
Катя не спеша подъехала к перемычке и аккуратно прислонила велосипед к стене возле входа. «Потом уберу его, никуда он не денется», — махнула она рукой и, взяв из багажной корзинки вещи, шагнула к входной двери.
Открыть дверь не успела — навстречу ей из перемычки вышел Максим.
От неожиданности Катя отступила. Она почувствовала, как предательским румянцем занялись щеки, глаза против ее воли стали жадно искать взгляда его ярко-голубых, как весеннее небо, глаз.
Она вспомнила поцелуи его настойчивых губ, его властные объятия в тот день, когда он решил подвезти ее на своей машине до Порецкого…
«Буду держаться от него подальше! — лихорадочно решила Катя. — Прямо наваждение какое-то», — и опустила глаза.
Максим понимающе улыбнулся:
— Здравствуйте! Не бойтесь, Екатерина Юрьевна, я буду вести себя прилично. Вашему телу со стороны меня ничто не угрожает.
И добавил во взгляд наглости:
— Уж если только сами того возжелаете! А ты уже, чувствую, желаешь! А, Кать? — добавил Максим вкрадчивым приглушенным голосом.
