– Хочу открыть рюкзаки и посмотреть, нет ли там чего полезного, типа удостоверений личности. А потом по отдельности заверну в пакеты.
– Почему бы не оставить осмотр копам? Серьезно, Лорен, очень круто, что ты их нашла и что ты такая спокойная и рассудительная, но…
– А почему бы мне не быть спокойной и рассудительной? Потому что большинство девчонок орали бы как сумасшедшие, завидев зрелище по ту сторону куста?
– Заметь, не я это сказал.
– Но ты об этом подумал, – отрезала Лорен. Она опустилась на корточки и подняла на Джейка выжидающий взгляд.
– Что?
Она протянула руку:
– Перчатки.
Парень медленно их стянул, будто сомневаясь, стоит ли ей их отдавать.
Лорен надела перчатки. Внутри они были теплыми, и на секунду девочке показалось, что Джейк держит ее за руку.
Она поставила фиолетовый рюкзак и расстегнула молнию. Внутри лежала свернутая в рулон одежда: фланелевая рубашка в клеточку, вельветовые брюки, однотонная белая футболка, пара джинсовых шорт. На дне валялись три смятых кексика «Твинкис», пакет чипсов с солью и библиотечная книжка. Девочка достала томик – путеводитель по Калифорнии – и открыла форзац.
– Общественная библиотека Джолиет, – зачитала Лорен.
– То есть, как минимум одна из них приехала из Джолиет. Вроде, этого достаточно, правда. Давай завернем сумки в пакеты и уйдем, – Джейк поглядел на часы. – Мне правда пора.
– Так иди, – отрезала Лорен, шаря рукой по дну рюкзака в поисках чего-нибудь полезного. – Я сама справлюсь.
Юноша не ответил. Через минуту тишина стала неловкой, и девочка подняла взгляд.
Джейк не сводил с нее глаз. Лорен не могла понять, что значит выражение его лица, и спросила:
– Что такое?
– Ты реально думаешь, что я брошу тебя в паре метров от кучи человеческих органов?
– Эти органы не оживут и не придушат меня, – сказала Лорен. На дне сумки было пусто. Девочка застегнула молнию.
– Знаешь, когда рядом нет Миранды, ты держишься намного уверенней.
Девочка расстегивала второй рюкзак, но на секунду остановилась:
– Да. Видимо, так и есть.
Но причина крылась не только в том, что рядом нет Миранды. Она ощущала в себе силы, ощущала, что становится тем человеком, которым ей предназначено быть. Лорен не беспокоилась, что скажет или сделает что-то не так. Может, дело в том, что она твердо решила разобраться с виде́нием. Или в том, что Джейк показал ей свою уязвимость, и теперь ей не приходилось опасаться, что парень ее засмеет.
– Я почти закончила, – сказала Лорен извиняющимся тоном.
Во второй сумке вещи были упакованы плотнее и подобраны практичнее. Девочка обнаружила там две пары брюк, шесть аккуратно свернутых квадратиков нижнего белья, плащ-дождевик, свитер, три пары полосатых носков явно из одной упаковки. В маленькой пластиковой косметичке лежал брусок мыла, миниатюрная бутылочка шампуня, желтая зубная щетка, наполовину пустой тюбик «Колгейт». Сверху в сумку затолкали нераспечатанную банку соленого арахиса «Плэнтерс», яблоко с побитыми боками и сэндвич, обернутый в восковую бумагу. Лорен подумала, что распаковывать его после того, как рюкзак два дня пролежал в лесу, – сомнительная идея.
В переднем кармашке на молнии Лорен нашла упаковку салфеток, несколько прокладок в пакетике с застежкой-зиплок и розовый кошелек с мультяшным зайчиком Май Мелоди.
Девочка на минуту сжала находку в руке – вид радостного зверька вызывал у нее грусть. В одном из соседних городков имелся магазин издательства «Санрио», и, когда Лорен была помладше, мама иногда баловала ее канцтоварами с Хеллоу Китти и наклейками Май Мелоди.
Она вспомнила, как там пахло: в воздухе витал аромат пластика, смешанного с деревянной стружкой, и едва уловимая сладость сахарной ваты.
Лорен расстегнула кошелечек. Внутри лежало 22 доллара мелкими купюрами, пара монет и студенческий билет учащегося двухгодичного колледжа в Джолиет на имя Ребекки Поснер. Лорен с фото улыбалась девочка с длинными каштановыми косами.
Лорен моргнула: ей показалось, что улыбка на фото сменилась гримасой ужаса, а губы Ребекки пошевелились.
Она поднесла студенческий билет к глазам.
– На что ты смотришь? – спросил Джейк.
Лорен чуть не выронила пластиковую карточку – лицо Ребекки трансформировалось в зловещую маску, как на Хэллоуинском фонаре из тыквы: глаза круглые и напуганные, рот распахнут в крике.
– На что ты смотришь? – повторил Джейк. – Что-то не так с фото? Ты с ней знакома?
Лорен перевела взгляд на юношу, и, когда она снова посмотрела на фото, все уже было как прежде.
– Нет. Ничего. Просто показалось…
– Что?
– Ничего, – сказала она. Если она расскажет, что фото на студенческом билете шевелилось, то он решит, что она либо слишком напугана, либо сошла с ума.
