— Его родители — Анастасия и Петр, — поддавшись ее трепету, полушепотом прочитал Паша. — И родители Петра — Елизавета и Михаил. И родители Елизаве…
— Стой! — девушка дернулась, будто ее ударила невидимая рука. — Вспомни письма! Если это те же Елизавета и Михаил, значит, Константин напрямую связан со всем этим! Элеонора знала. Элеонора… Подумать только! Моя тетя — правнучка той самой Лизочки, при которой Дух появился в доме! И, возможно, именно Лизочка дала ей задание — разгадать эту загадку!
— Лизочка дала ей задание?.. — Паша скептически хмыкнул. — Она сейчас вряд ли жива. Мы же считали: ей должно быть девяносто лет! Я, конечно, знаю, что есть счастливчики, проживающие столько, но едва ли это тот случай.
— Но… — Даша задумалась. — Здесь есть какая-то ниточка, за которую я вот-вот ухвачусь, — она нервно защелкала пальцами и нахмурилась, ходя кругами вокруг Паши. — Тетин дневник… Лизочка не давала ей прохода. И даже покалечила. Они никак не могли найти общий язык. А что, если Лизочка — вообще не человек, а… призрак? На кладбище? — словно вторя ее словам, комнату озарила молния, и гром прогремел продолжительным, тревожным раскатом. Паша опасливо огляделся, осмотрев комнату беглым взглядом.
— Похоже, что ты… права, — глаза парня расширились. — В нашем деле уже фигурирует один дух. А где один — там и остальные. Возможно, в этом месте есть какая-то связь между миром живых и миром мертвых. В таком случае, Лизочка может оказаться духом, но не таким, как наш Проклятый Дух, а другим — добрым! И она не пускала Элеонору в дом потому, что боялась за нее. Помнишь, как она была напугана в твоем сне?.. Вот и за тетю так же твою переживала! Просила ее жизнь поберечь, но немного не рассчитала силы…
— И ведь все сходится, — Даша смотрела на Пашу, словно он был Седьмым Чудом света. — Никто из других людей, забравшихся в дом, не сталкивался с Лизочкой. А почему? А потому, что не был ей родственником. Элеонора же, видимо, имела какую-то связь со своими предками, и они помогали ей.
Серебристым росчерком небо снова прорезала молния, и гром загрохотал, как полное гвоздей ведро, упавшее на жестяную крышу. Ребята вздрогнули.
— Пойдем лучше в спальню, — пробормотала Даша, мгновенно растеряв весь свой пыл. — Мне кажется, что тут мы уже все нашли.
— Я сам буду рад уйти, — отозвался Паша, зябко поежившись. — Собираем подсказки в спальне и идем домой, что-то мне эта гроза не нравится… Лучше в другой раз придем.
Даша кивнула. Она впервые видела, чтобы Паша тоже боялся. А когда боялся он, боялась и она.
Ребята перешли в спальню.
Мелкий дождик засекал в разбитое окно. Это место вообще оказалось довольно мрачным: шкаф стоял накренившись, привалившись к стене, две его ножки провалились в пол, пробив доски. Выцветшие зеленоватые обои вздулись огромными пузырями и покрылись рыжими разводами, местами доходящими почти до пола. Балдахин над кроватью обрушился и лежал на ней истлевшим куском ткани. Дверцы тумбочек были распахнуты, и на одной из них копошился какой-то жук, перелетая с места на место. Полы громко скрипели — в некоторых местах на них было страшно стать, доски почти прогнили насквозь, и Даша боялась, что при следующем шаге она может улететь на первый этаж. К тому же, это место, как ей казалось, может стать очень удобным для нападения Духа. Даша внимательно огляделась и вдруг увидела ключ, торчащий прямо в двери.
— Я закрою дверь? — дрожащим голосом спросила она. — Хочу убедиться, что в комнате мы одни.
— Боюсь, для Духа это не помеха, — отозвался Паша, замерев посреди комнаты и тоже осматриваясь вокруг.
— Спасибо, обнадежил, — прошипела девушка и повернула ключ в замке. Повернулся он нелегко, со скрежетом, но Дашу это волновало мало. — Все же, так будет спокойнее, — положив ключ на тумбочку, девушка опустилась на край кровати. Матрас тут же провалился под ней, заскрипев. Даша в который раз за сегодня вздрогнула от неожиданности. — Нужно всего лишь взять светильник и тарелку. Всего лишь взять светильник и тарелку… — забормотала она, пытаясь успокоиться. Дождь шлепал по подоконнику, гром лениво ворчал, только усиливая тревогу.
— Светильник к вашим услугам! — Паша кивнул на керосиновую лампочку, валяющуюся на полу с другой стороны от кровати. — А тарелка висит на стене прямо над тобой.
— Не может все быть так просто, — покачала головой Даша. — Развяжи узелок, положи туда все. Потом разберемся.
— Что интересно, — Паша снял тарелку со стены и быстро осмотрел, — ее не могли оставить хозяева.
— Почему?
— На ней надпись: «Германия 2006». А хозяева съехали уже двадцать пять лет назад.
— Как же так? — Даша опешила.
— Ее специально оставила твоя тетя. Тарелка, видать, с хитростью. Нужно будет разбираться и искать подвох. Или секрет…
— Убирай ее. И лампу не забудь. Фу, какая она пыльная!
Паша сложил все в гобелен и снова завязал его в узел.
— Ну, вот и хорошо, очень быстро управились, — Даша даже улыбнулась. — Остается кухня. Сейчас пойдем или все-таки позже?
— Давай сейчас, — Паша тоже заулыбался. — Зачем тянуть кота за хвост? Пока нам очень даже везет.
