– И? – произнесено было весьма устрашающе, будто он меня за мое «эй» сейчас будет казнить, если я не оправдаюсь.
В зале, по сравнению с задним двориком, была одна молодежь, усердно прятавшаяся от солнца. Многие знали Артема, он их тоже знал, некоторым махал приветливо, на некоторых скрипел зубами, но все они также подмечали и меня, догадываясь, что я его новая пассия. Он не отрицал, лишь обреченно кивал, приобнимал, но не представлял, а сразу после того, как называл меня своей девушкой, подрывался убежать в другой конец зала, мотивируя это тем, что якобы здесь негде присесть, а там обязательно будет. В конце концов, мне надоело, так что «эй» было уместно.
– Может, хватит бегать?
– Может, уйдем? – в тон мне ответил Шер.
Я вдохнула, выдохнула. У каждого человека есть свой лимит терпения. И, кажется, мой сейчас исчерпает себя.
– Да, я не хотела идти сюда изначально. Да, я хочу уйти. Но у нас же есть цель! Зачем мне надо было одевать себя в это платье? Я чувствую себя в нем мега-некомфортно, но виду не подаю. Я ни единой души на этой вечеринке не знаю. Я ненавижу эти дурные туфли. И тебя тоже…
Все это я прошипела на одном дыхании ему в лицо, для этого пришлось встать на цыпочки, рискуя подорваться на каменный пол, лишь частично покрытый ковром. Произнеся последнее, я заткнулась и задумалась, что никогда раньше не испытывала чувства ненависти. Ненависть? Неужели я в правду ненавижу? Мне очень хотелось стукнуть его своей маленькой сумочкой и добавить потом кулаками, ногами, стулом.
– Я тоже не в восторге от тебя, двуличная ты моя, – пропел мне на ухо Шер.
Я отпрыгнула от неожиданности, обнаружив себя в пустом коридоре. Я даже не заметила, как мы сюда добрались, точнее, как Артем приволок меня сюда, подальше от чужих взглядов. А нет, помню… Со словами: «Дорогая, если тебе так плохо, и ты хочешь в туалет, надо было сразу сказать. Пойдем, я тебя провожу» он потащил меня на второй этаж, где мы теперь наедине. И теперь никто не помешает ему меня укокошить. А еще все гости думают, что у меня проблемы с желудком и метаболизмы. Хотя о чем я думаю, первое гораздо хуже!
Я мысленно сжалась и приготовилась умирать.
Шер надвигался.
Его клешни медленно тянулись к моей шее.
Я отступала, натягивая за собой ковер, не специально, просто туфли были жесть какие неудобные.
Неожиданно Артем споткнулся об натянутый бугорок ковра, и он полетел прямо на меня.
Не знаю, каким чудом, но я успела увернуться.
Артем приземлился прямо на пол, сгруппировавшись в последнюю секунду.
Теперь на меня с пола смотрел совсем остервенелый взгляд.
Не думая нисколечки, я побежала вперед, дергая все двери подряд. К сожалению, все они оказались закрытыми, видимо, дядя мэр учел, что гости бывают разные, поэтому все заперто. Он бы еще охранников побольше поставил, а не только там, где гости, тогда меня бы сейчас спасли.
Боясь оглядываться назад, я продолжала дергать двери, хотя на удачу уже особо и не рассчитывала. Ну, если только откуда-нибудь выглянет добрый человек, желательно каратист с черным поясом и десятью годами практики спаррингов. И хорошо, если он будет недобрым. Так даже лучше. Ему не будет жаль Шера.
А может, стоит с ним договориться? Я всегда считала, что лучшее средство – разговор, хотя это вряд ли. Разговоры Темочка не приемлет.
Или может тогда мне в роли каратиста самой выступить? Сейчас развернусь к нему, сострою гримасу пострашнее, кулаки к груди прижму и заору что-нибудь типа: «Банзай!« а он меня спросит: «Ты чего?» А я ему: «Ты не знаешь, с кем связался. Я занимаюсь карате уже десять лет. У меня черный пояс» А он испугается и убежит. Блеф, конечно, но я блефую хреново, так что этот вариант не прокатит. В реальности если я вдруг сейчас обернусь, я рискую ощутить себя в роли боксерской груши.
Неожиданно, одна из дверей отворилась, явив моему взору ванную комнату. Немедля я вошла (ввалилась) внутрь и задвинула защелку, а через долю секунды на дверь обрушился десятипудовый кулак медведя-Шера. Будь это обычный дом, не сомневаюсь, дверь бы тут же обрушилась, но здесь что стены – каменные, что двери – мощные деревянные в стальных обручах. Так что дверка не пострадала.
За дверью раздались какие-то шипящие звуки, Шер был недоволен и ругнулся. Наверное, опять мат-перемат, но хорошо, что мне не слышно. Хотя все еще страхово вылезать. А может тут весь день просидеть? И ведь даже телефона нет, чтобы вызвать подмогу. Вот что значит черная полоса.
– Открой, или хуже будет, – донесся доверительный, но пугающий голос Артема прямо из щелки для ключа.
– Сомневаюсь, – проблеяла я в ответ, не имея никакого желания сдаваться.
– Зря, – шикнул он.
Отвечать на это было нечего. Вообще, вся колода была в его руках, а я, подобно мышке, оказалась загнана в угол. Теперь лишь дело времени, когда его вальяжности настанет конец, и он решит меня сцапать. Да, сейчас между нами дверь, но не думаю, что это такая уж великая помеха.
– Что надумала? – через некоторое время, что я терлась под дверью, спросил он.
– И не думала, – буркнула я.
– Не удивительно, – злобно усмехнулся муж.
