Аэропорт Кеннеди, как все аэропорты мира, был похож на огромный муравейник – шумный, бестолковый с виду, но со своим особым ритмом и организованностью. Жизнь кипела вокруг, била ключом. Куда-то спешили бизнесмены, с деловым и сосредоточенным видом прижав к уху мобильные, а другой рукой ухватив кейс. Суетились бестолковые туристы, галдели и глазели по сторонам, как любопытные сороки. Смеялись дети, озабоченно переговаривались мамаши с папашами. Степенно вышагивали сотрудники аэропорта. Блестели неоновые вывески, весело искрились огромные лампы, мигало табло с расписанием, бежали эскалаторы. Движение, активность, напор, - это было так в духе Дианы! Она в прямом и переносном смысле обрела почву под ногами.
Ну, здравствуй же, госпожа Америка, здравствуй! Бодрое настроение продержалось всего минуту. Оказавшись в такси вместе с неугомонной тетушкой Любой, Диана едва не разрыдалась. Седое небо клочками свисало над ней, с трудом прорываясь сквозь шпили небоскребов. Солнца не было в помине! Будто в американских триллерах, самых жутких и мрачных – бесцветные, безликие стены домов, словно строй солдат. Нагромождение зданий – ни архитектуры, ни стиля, ни смысла! Грохот, вой сирен, страшный смог над городом. Трудно было словами описать ее самочувствие. Диана будто хлебнула изрядную порцию коктейля – сто граммов тоски, капля разочарования, приправленные недоумением и страшной усталостью. Убойная смесь! Госпожа Америка, вы ли это?! Дама в серых одеждах, длинных и бесформенных… С унылым лицом - небом, без единого проблеска улыбки – солнца!
Такси ехало довольно долго, и Диана все надеялась увидеть другую картину, но смены декораций так и не произошло. Все вокруг было чужое, неузнаваемое, хотя Диана столько читала о Нью-Йорке, столько смотрела фильмов, репортажей! Мрачная погода усугубляла душевное состояние, словно в унисон мыслям, закапал дождь, небо окончательно заволокло тучами. И это в июле! Когда в Сочи – лучшем городе мира! – блестит под солнцем лазурь моря, радует глаз многоцветье фруктов, освежающе дует бриз, кружит голову аромат цветов. О, господи, как далеко она ото всего этого, и как неправдоподобно теперь все это…
Теперь ее реальность – чужая речь, застывшие, как у манекенов, улыбки, прожорливые пасти метро, сумрак улиц и унылый простор площадей, будто падаешь в бездну! Злобные небоскребы, заслоняющие небо. Город, скрывающий горизонт. Слез не было, Диана держалась изо всех сил. Но внутри, про себя она оплакивала и свое прошлое, и свои детские мечты. С первых шагов Нью-Йорк заставил ее повзрослеть - стремительно и основательно. Сочи – веселый, солнечный, легкий, сам собой манит играть и беситься, беззаботно валяться на пляже, радоваться жизни. А этот чужой город – будто в противоположность, - смрадный и серый, серьезный и безрадостный, полный хлопот, тоски и одиночества. А может быть, ей только так казалось.
Такси остановилось. Тетя Люба, наконец, замолчала. Правда, всего на миг, расплачиваясь с водителем. Диана попыталась внести свою долю, но новая знакомая остановила ее. Показала на убогий двухэтажный кирпичный дом. Такие были незаметны на фоне гигантских офисных зданий и супермаркетов. Но здесь, вероятно, был целый район жалких построек – еще пара-тройка подобных привалились по бокам.
- Ты тут живешь? – уточнила Диана.
- Точно, - оскалилась тетя Люба.
Ну что ж, добро пожаловать в гетто, Диана! Она с ужасом осмотрелась по сторонам.
Подняться на второй этаж старого дома оказалось не так-то просто - лестница была завалена мусором, коробками, ящиками, банками из-под краски. Света скудной лампочки хватало только на то, чтоб не споткнуться на следующей ступени и прочитать матерные надписи на стенах. Стараясь не касаться ничего, Диана поднялась за своей покровительницей. Та была остановлена пожилым крупным негром на площадке между первым и вторым этажом.
- Ну, явилась, наконец-то! Где мои бабки?
Он энергично жевал жвачку, открывая белоснежную челюсть, и требовательно хмурил брови.
- Вот, чмо еще, как же ты мне надоел, черномазый - пробормотала тетя Люба по-русски, - не успела на порог ступить, сразу бабки ему подавай!
- Я жду, - поторопил чернокожий, не поняв ни слова, и тут заметил Диану, - а это кто?! - маслянистым взглядом он ощупал ее с ног до головы, одобрительно поцокал языком.
- Моя племянница, - перешла на английский язык тетя Люба.
- А вы, юная леди, по-английски говорите или только вид делаете?
Прежде чем Диана успела ответить, ее новая знакомая фыркнула небрежно:
- Отстань! Не говорит она! И не понимает!
- О, ну ничего, скоро выучит, - чернокожий одобряюще подмигнул Диане.
Спорить и возражать ей показалось бессмысленно.
