Тетя Люба, наконец, открыла дверь своей квартирки, и все трое зашли в тесную захламленную прихожую. Пока хозяйка расплачивалась с домовладельцем, Диана осматривала комнаты. Их оказалось всего две, плюс крохотная кухня и санузел. Стены по всей квартире были выкрашены в блеклый грязно-серый цвет, старая обшарпанная мебель расставлена кое-как, а по углам, словно качели, свисала паутина. В общем, тот еще клоповник! Диана скорчила брезгливую гримаску и уже пожалела, что воспользовалась приглашением эмигрантки. Деньги на первое время были, может, стоило заняться поисками жилья самостоятельно? С другой стороны, она всегда и везде стремилась обзаводиться знакомыми и приятелями. Дружелюбие еще не подводило ее! Быть может, эта тетя Люба не так уж и плоха, если не напивается каждый день и делает хотя бы минимальные передышки в своей бестолковой болтовне! Посмотрим, решила Диана.
- А можно принять душ? – спросила она, когда хозяйка освободилась.
- О’кей, - расплылась та в улыбке, - конечно, конечно!
Она проводила Диану в тесную душевую кабинку. Эх, а Диана так мечтала о ванне с джакузи, о пышной пене и горячей воде, в которой растворятся хотя бы на миг все тревоги! Понежиться, согреться, после напиться горячего зеленого чаю…
Ей вспомнилась шикарная ванная комната в отцовском особняке. Диана снова едва удержалась от слез. Который уже раз за сегодняшний день! Это уж слишком! Хватит, приказала она себе. Решительно открыв кран с холодной водой, она быстро ополоснула лицо, достала свое полотенце, сумочку с туалетными принадлежностями и почистила зубы. Диана уже собралась лезть под душ, когда обнаружила вдруг, что забыла купить шампунь. Ее тюбик был пуст. Она огляделась, но не нашла ничего подходящего в ванной. Пришлось заворачиваться в полотенце и тащиться в комнату. В узком коридорчике Диана вдруг замерла, словно наткнувшись на стену. Внутренний голос весьма уверенно приказал: «Стоп!». Она постояла секунду-другую, переводя дыхание. И тут услышала тетю Любу, которая шпарила по-английски с кем-то по телефону. Диана ушла бы незамедлительно, подслушивать – не в ее привычках. Но смысл сказанного задержал ее покрепче лассо. «…Если бы ты ее только видел – слюнявчик бы тебе понадобился! Да ты не перебивай, послушай меня! Ей не больше семнадцати, самый смак! Приезжай как можно скорей, оцени сам, уверена, она принесет тебе кучу денег…» Хозяйка ходила по комнате, курила, стряхивая пепел прямо на пол, и обсуждала судьбу Дианы, как нечто само собой разумеющееся. Из дальнейшего разговора Диана поняла, что тетя Люба самая, что ни на есть проститутка, ни больше, ни меньше! Старая, опытная потаскуха! «…Да клянусь тебе, у нее здесь никого нет! Какие проблемы? Никаких проблем не возникнет. Гарантирую!». Тут женщина внезапно обернулась, вероятно, почувствовала пристальный взгляд Дианы. Уставилась на гостью выжидающе, настороженно. Диана призвала на помощь все мужество и артистизм, изобразила легкомысленную улыбочку и утомление во взгляде.
- Забыла шампунь кинуть в сумку. У вас случайно не найдется?
Тетя Люба улыбнулась расслабленно, сказала, что сейчас принесет. Диана вернулась в санузел, присела на край унитаза, не поднимая крышку. Вот так дела, подумала Диана, я в Америке, сижу на чужом, обшарпанном толчке, и при всем при этом меня еще собираются выставить на панель без моего же согласия. И это – в первый день моего приезда! Что же тогда будет дальше?!
***
Около полуночи тетя Люба упаковала себя в профессиональную форму, пожелала гостье спокойной ночи, а сама якобы отправилась навестить больную подругу. Так она объяснила. Девушка сделала вид, что наивно верит. В ботфортах, в ажурных челках, узкой кожаной юбке, в яркой рубахе с глубоким вырезом, из которого буквально вываливалась силиконовая грудь, да еще и с боевой раскраской на морщинистой физиономии только и навещают больных подруг! Диане страшно повезло – так она считала во всяком случае. Она-то уж собиралась бросаться в рукопашную с хозяйкой и выбираться на свободу, а та свалила сама. Значит, можно обойтись без кровопролития.
Однако Диана рано радовалась. Выждав некоторое время после ухода женщины, девушка с чемоданом подмышкой двинула следом и обнаружила, что старая блядь не так уж глупа, как могла показаться.
Дверь была заперта. Это было последней каплей. Диана поставила чемодан, оседлала его и зарыдала. Ну что она сделала плохого?! Почему все это сваливается ей на голову?! За что?
Нью-Йорк - город ее мечты и с первых минут на нее окрысился! Эта жизнь вдруг стала невыносимой, горькой, как самое отвратительное лекарство. А ведь раньше, совсем недавно, у жизни был восхитительный, свежий, ободряющий вкус. И как всегда, пришел на помощь Майкл Джексон! Его песни, его сладковатый голос зазвучали в душе Дианы. Словно он оказался рядом, протянул ей руку помощи и увлек за собой, шепча своим сладковатым голосом: «Ты не одна, Диана, я здесь, с тобой, хотя мы далеко и врозь, ты всегда в моем сердце, ты не одна…».
